Пасмурный рай

– Чего такое?

– Я предлагаю пройти мимо, – вполголоса заметила фея. – Я не встречала информации об этом элитнике, но у меня стойкое подозрение, что это не просто моб, и лучше нам обойти его сторонкой.

– Обойти?! – вскинул брови Роджер. – Ты шутишь?!

– Не шучу. Я уже подмечала пару раз раньше – кто-то из создателей “Пасмурного рая” явно знаком с общеславянским и какой-то частью русской культуры, и это, вполне возможно, отсылка. Смотрите: лиса явно полярная и весьма упитанная. Да еще и зовут его буквально транслитом – “Pesec”!

– И что?

– В общеславянском “песец” – это, помимо названия этого вида, еще и иносказательное определение весьма неприятной ситуации, а с характеристикой “полный” (тут игра между двумя разными по значению синонимами этого слова – "откормленный" и "всеобъемлющий") – особенно.

Но для вас, “общеевропейцев”, это просто “полярная лисица”. Так что давайте пройдем мимо, я вас прошу. Лута из нее все равно вряд ли особо много падает, до респауна тут не близко, а нам еще данж проходить.

Остальные члены группы обменялись задумчивыми взглядами.

– Не, ну если уж ты так просишь – я не против, – первой пожала плечами Эрика, делая в уме пометку уточнить потом у коллег, правдива ли эта теория.

– Я тоже, – поддакнула Сайери, – я, конечно, настраивалась на игру с вами подольше, но у меня, все-таки, к ночи дело идет.

– Не, ну один я на нее точно не полезу, – хмыкнул Роджер. – Хотя вот Мясник оказался далеко не таким злобным, как я ожидал. Ладно, айда дальше тогда, чего уж.

***

Внешне Храм Воли Случая представлял собой правильный двадцатигранник колоссальных размеров, почти на треть утопленный в заболоченную землю. Грузный, мрачный, основательный, матово-черный – казалось, это не он был воздвигнут посреди болота, а Болото образовалось вокруг него. Хотя, возможно, именно так и было – до здешнего сюжета Эрика в своем любопытстве еще не добиралась.

Немалый интерес у девушки вызвали и обитатели этих мест, чья деревенька притулилась почти под боком у храма.

Невысокие (едва ли по пояс ей), покрытые густым коричневым мехом, больше всего они напоминали хомяков, что научились ходить на задних лапах, а передние – очень даже успешно использовать в качестве рук.

– Они – славные и умные малые, эти хóшики, – охотно пояснил приключенцам мужчина-человек, расположившийся возле одного из сложенных тут и там очагов. Звали его Тобиас, и был он, как рассказывала его характеристика, посланником барона у этого народца.