Врата

Николас передал Миле гаджет, и та погрузилась в просмотр видео. Неожиданным стало то, что она не испытывала трепета, глядя на Яна, который рассказывал ей, как обстоят дела.

Он записал видео, записал для нее, нашел нужные слова, чтобы не беспокоилась, а она посмотрела все с максимальной отрешенностью.

И все-таки, когда видео кончилось, она испытала призрачное присутствие теплоты внутри.

«Весь в сестру, — подумала с улыбкой Мила. — Новая звезда видеоблогинга! Лана бы оценила, наверняка».

— Спасибо, — произнесла она, обращаясь к Николасу.

— Приятно слышать хорошие новости. И видеть...

Она улыбнулась, но улыбка почти тут же погасла. На образ светлого и такого любимого Яна уже наложили грязный уродливый отпечаток чудовищные образы из снов.

— А как там Лана?

Николас потер ладони о колени, подбирая слова.

— Про нее пока ничего толком не известно. Ее пока не нашли, но, думаю, не стоит волноваться на ее счет. Лану обязательно найдут, вопрос времени.

— С чего вы взяли?

— Есть предпосылки так полагать, — уверенно заявил он.

— Дело в том, что из-за событий на Внешнем Рубеже, с нападением гончих и прочими заботами, поиски Ланы временно приостановили...

Мила вся напряглась и подалась вперед, непроизвольно сжались кулаки.

— Вижу вашу обеспокоенность, но поиски возобновят, как только смогут. Одна из рун-сателлитов недавно была восстановлена, и у нас есть основания полагать, что Лана жива.

— Какие же такие основания?

— Судя по руне «Свет», это сделала Лана. А чтобы сделать что-то подобное, нужно быть как минимум живой, как максимум — в сознании.

Так что порадуйтесь новостям и подумайте о себе. Сегодня среди ваших друзей в наибольшей опасности находитесь именно вы. Но сейчас мы попробуем это исправить.

Он встал и, подойдя к ее креслу, протянул руку:

— Вы позволите?

Она неуверенно положила свою ладонь в его — после того, как Лин Вей вложил в Милу Искру Воды, собственных болезней почти не случалось, а чужие она вскоре научилась исцелять. Конечно, ей не впервой было наблюдать, как работают другие целители, но впервые видела, как лечили ее — в первый раз крепко спала и ничего не помнила о том случае.

Николас начал с диагностической руны, ни символа из которой Мила не узнала и не поняла. А вот Тернер задумчиво кивнул, словно бы утвердился в своих догадках, после чего принялся рисовать новые руны, зеленью сверкающие на ее ладони и поднимающиеся выше по руке, вызывая приятное щекочущее чувство. Но только его — мгновенного облегчения, к сожалению, не случилось.