Неправильная сказка

А потому я стояла там, где стояла, и пыталась шевелить мозгами в поисках путей отступления, зная одно — отдам, и Линар исчезнет из моей жизни, на этот раз навсегда. На этот раз?!

— Ну же, Оливия, прояви, наконец, хоть одно качество коронованной особы! Смирись достойно с поражением! — Линар вспыхнул и тихо-тихо прошипел:

— Ты даже не представляешь, на что я способен! Ты не представляешь, что мне пришлось вынести из-за этого гребанного камня! Как я ждал этого дня… — и это глухое ругательство обожгло сильнее искры огня, что-то меняя внутри меня, взрывая и опаляя одновременно.

Камень в моей руке сиял бледным, голубоватым светом и был совершенно не согласен с подобным определением. Я прямо-таки ощущала его обиду и негодование. Блугерд был живым… И я была живой…

— Я не отдам кольцо, — громко, четко выговорила я, ища поддержки у окружающих. Но почему-то Лаури пятилась к выходу, а Людовик… а Людовик, кажется, и живым-то не был. С моих глаз как будто спала пелена и слова о «зелье страсти» обрели, наконец, смысл.

Налакалась, на свою голову!

От моих слов колдуна Фальконе перекосило. Ярость вспыхнула в его глазах с едва сдерживаемым бешенством.

— Оливия, я тебя убью, — спокойно произнес он, констатируя факт.

— Ты меня любишь, — не менее спокойно произнесла я, — и не сделаешь мне больно.

— Н-да, я вижу память не до конца вернулась к тебе, принцесска. Или, может, дело не в этом? Память вернулась, а мозги застряли в пути? — и тихий звук щелчка его пальцев отрезвил, заставляя пискнуть от боли.

Этот… этот… отвесил мне магический хлопок по месту пониже спины, заставляя от бешенства расширить глаза и дернуться от недоумения. И осознать главное — у колдуна Фальконе все это время была магия! Магия! А значит ему ничего не стоило отобрать камень! Так почему он медлит?! Может быть, потому что не может его забрать? Ну, конечно! И это мой шанс!

— Линар, я люблю тебя, — на этот раз слова дались легко.

— Отдай камень. Я прошу тебя, не заставляй причинять тебе боль, — и Линар сделал шаг ко мне, огибая преграду в виде стола.

Я естественно попятилась в противоположную сторону.

— Линар! Я люблю тебя! — выкрикнула я, надеясь докричаться до него.

— Так дело в этом, — хмыкнул колдун. — Я очень не хочу ранить твою чувствительную душу, но, думаю, раз ты еще не поняла, то лучше я скажу тебе сам, не дожидаясь собственно твоего озарения.

— Можешь не стараться говорить мне гадости, я все равно не поверю! — яростно выкрикнула в тишину.