Мериамос 2. Медный Аспид

– Я всегда в поиске новых идей, – не в силах удержаться ответил он.

– Вы с этой улыбочкой да усами похожи на театрального злодея.

Смущение достигло пика, и на месте желающей провалиться сквозь землю девицы оказалась Леди в красном. Изменилось выражение лица, поза, язык тела, взгляд. А поддразнивание вышло до того милым вкупе с лисьей ухмылкой, что пришлось напомнить себе, что он здесь не ради этих прекрасных глаз.

– Как знать, быть может, я и есть злодей. Самый главный злодейский злодей всея истории.

– Вам виднее. Мир захватывают.

– Глупости какие, зачем он мне? Столько мороки с этой властью.

Отсмеявшись, они со вздохом были вынуждены вернуться к насущным вопросам.

– Нет, я не знала, кто стрелок, – покачала она головой, возвращая мисс Кайт. – А если бы знала, то не стала бы прятаться в том коридоре, а вышла бы и спросила, какого демона она строит из себя мстителя, бегая по крышам вместо того, чтобы навестить дочь и рассказать, что она жива!

Последнее она едва не выкрикнула, подскочив на ноги в гневе.

– Думаю, у меня есть для вас ответ, – откидываясь на спинку кресла, отозвался Дэймос.

Удивлённо посмотрев на него, девушка плюхнулась назад в кресло.

– Задолго до вашего рождения мы с Чёрным волком, то есть с Александром Кайтом, были союзниками. Ему лучше прочих удавалось планирование. Планы внутри планов – как он нескромно выражался. Ему мастерски удавалось манипулировать людьми.

Моргнув, она чуть отстранилась.

– Думаете, мама действует по папиному приказу? – медленно произнесла она, похоже, не веря услышанному.

– Она может этого не осознавать. Полагаю, Александр знал свою жену лучше прочих и понимал, какую реакцию вызовет его смерть.

– Желание отомстить.

– Именно. Она может и не знать, жив он или мёртв…

– Тогда что ей мешало встретиться со своими детьми и объясниться? – Гнев вновь разгорелся во взгляде Кайт.

– Ваша реакция естественна и понятна, более того, я её всецело разделяю. Если Александр что-то задумал, то почему мне отвели роль предателя?

Наживку она заглотила и не заметила крючка. Недовольство матерью и злость вмиг оказались позабыты. Навострив ушки, золотая лисица впилась в него своими ледяными глазами, ловя каждое слово.