Мериамос 1. Золотая Лисица

Пусть он и не чувствовал, что делает отсеченная рука, но помнит, что и как нужно сделать, чтобы пользоваться ею. Привалившись к стене, расслабился. Закрыл глаза. Тело знает, что нужно делать, главное, не мешать. Талант из его крови никуда не делся, пока эндокринная система работает правильно, ему нечего бояться. Нужно подождать и не мешать телу лечить себя.

Через неопределенный отрезок времени Зара разбудили. Ворвавшись в камеру, выволокли наружу, не давая и шанса проснуться, прийти в себя.

Тащили двое, вцепившись в руки, словно клещи, не вывернешься. Коридор кончался большим залом с дырой в центре.

Едва успев подставить руки, Зар упал на песок, чувствуя, как каждая мышца и кость протестуют против подобного обращения. Над головой жарко парила огромная лампа. Она не позволяла поднять глаз и оценить обстановку. Всякий брошенный в яму начинал изнывать от жары задолго до начала боя. Силы плавились, словно масло под горячим ножом.

Если бой шел вяло или бойцы отказывались драться, лампа начинала опускаться.

Чем эффектней бой, тем выше лампа. Зрители могли облить водой понравившегося бойца или передать ему в камеру чего-нибудь вкусного. В один из дней Зару передали целую чашу яблок, которые он все равно не мог есть из-за выбитой челюсти. Тюремщик с хрустом съел спонсорские яблоки, сидя в дверях и паскудно ухмыляясь.

Прикрывая глаза, Зар, сутулясь, поднялся на ноги. Противников он скорее услышал, нежели увидел. Те плюхнулись в песок, постанывая от боли в старых ранах и чертыхаясь.

Бой начался.

Противники вцепились друг в друга, как цепные псы, те, что были поопытнее, знали, что бить в полную силу не требуется. Достаточно устроить зрелище, и, если противник попадется здравомыслящий, все вернутся в камеры более или менее целыми.

Вот только не все хотят следовать простым джентльменским правилам. Ради лишней миски супа или спонсорства несколько бойцов бросились в яростный бой, размахивая кулаками и не чураясь подлых приемов.

Зар не собирался драться. Дождавшись подходящего момента, он позволил оттеснить себя к стене и, пытаясь заблокировать удар в голову, сделал вид, что сильно приложился затылком о камень. Рухнув на песок, перестал шевелиться. Противник зло пнул его в живот и, не дождавшись реакции, ушел. Зар остался лежать.

«Ник назвал бы эту тактику крысиной», — подумал он, изображая марионетку с подрезанными нитями.