Лазурный

Пока мы общались с демоном, он переместился в безопасное место, подальше от пентаграммы и давящей на него темной энергии. Когда внимание привлек он, глава тут же сделал другой ход. Дал сигнал командиру, а тот…

- Иви! – мой крик, так как я почувствовал кровь, такую родную и живую, - сволочь! – проклятие теневого терновника связало командира по рукам и ногам. Шипы врезались глубже и сильнее от каждого движение и попытки призвать магию. Если бы я мог, то оказался бы рядом с девушкой, но я привязан к пентаграмме вызова.

Кто знает что произойдет, нарушь я связь призыва. Смотрю на девушку, жду решения Предка, а он говорит:

- Глава Маэльдир, вы вызвали меня, убили десятки высших, при магии вампиров, предлагаете в жертву моего потомка, пусть и сменившего сущность, и ради того, чтобы я даровал вашей внучке магию?

- Да, она родилась человеком, без способностей и вашего благословения. Десятки поколений слились в ее крови, а она простой человек! – вот что возмущало главу Маэльдира. А я усмехнулся, - что смешного, Натаниэль?

- Это ваша кара, за все те деяния, которые вы совершили.

Это вам откат от всех тех ритуалов, которые вы провернули и за жизни, которыми вы пожертвовали, чтобы построить свою секту. Надеюсь, и за смерть брата от вашего проклятия магия отомстила, - смотрю на главу, демона и лежащую в луже крови Иви. Я чувствую, как покидает ее жизнь, поэтому я готов отдать свою, чтобы выжила она, прошу у демона: - прародитель, примите мою жизнь, спасите девушку, а на остальных мне насрать! Поступайте с ними так, как посчитаете нужным.

- Потомок! – от ушей отлегло, но его голос снова заставил перепонки напрячься и процесс приглушенности звука возобновился, - я не возьму твою жизнь, ты не нарушал моих заветов первым из вас, не обагрял руки кровью соплеменников, не участвовал в ритуале призыва и у тебя нет права жертвовать собой, оставляя род Нимаэ без главы.

- Но, я – мертв. От меня не будет потомков, и титул главы по праву принадлежит побочной ветви, они – живые, я – мертвый, - на эти слова демон рассмеялся, да так громко и заливисто, думал, стены рухнут и земля разверзнется.

Но, нет. Он смотрел на Иви, командира и главу секты, сказав:

- Ты в праве просить у меня милости для себя и своего рода. Ты соблюдаешь законы и заветы, оставленные мной твоему предку, - сказал, что хотел отомстить за смерть брата, как он сказал: - месть за смерть не считается нарушением, ты забрал бы жизнь, одну за другую, а не вырезал бы всю секту, - я согласно кивнул.