Четвертые

Наш путь ведет к редким кустам, что растут вдоль проволоки, ветки тяжелые от ягод поспевшей черники. Так и тянет полакомиться! За кустами, примерно на метр над землей, проволока поднята и прочно удерживается на двух толстых брусьях. «Ок, неплохо».

Мы, не сговариваясь, поворачиваем и вытаскиваем мужчину из телеги, я читала в интернете, что вес человека без сознания вдвое больше обычного. Это правда.

Алекс первый пролезает под проволокой, ложится на землю и берет мужчину за руки, я поднимаю его за ноги.

Пытаясь встать ровнее, я, не заметив, наступаю в небольшую ямку и, охнув, падаю.

– Ты в порядке?

– Все хорошо, прости.

– Осталось чуть-чуть совсем. Справишься?

– Да, конечно.

Я встаю, подхватив ноги похищенного. Алекс держит его за руки и ждет, когда я буду готова. У меня почти не осталось сил после этого бесконечного и нервозного дня, после самого напряженного ужина в жизни, но я киваю и… мы проталкиваем его.

– Иди ко мне.

Я перебираюсь к Алексу, и с грехом пополам мы вытягиваем мужчину из-под проволоки. Все. Мы по ту сторону поселка. Мы выбрались. Еще и человека прихватили. Осталось унести отсюда ноги.

Я устало сажусь на землю. Алекс присаживается рядом, от него идут легко улавливаемые волны тепла и поддержки.

– В паре метров отсюда я замаскировал машину. Ты отдыхай, я расчищу и поедем.

Он подхватывает мужчину, чтобы перенести того к машине, но я не кисейная барышня и ни за что не буду обузой.

У него оказался очень серьезный внедорожник, на таком и в гору, и в реку не страшно. Цвет непонятен, год выпуска раритета тоже, он неправдоподобно огромен и внушает уважение. Похищенного мы легко впихнули на заднее сиденье, и там еще осталось места человек на пять.

– Готова?

Я киваю.

Подбежавший Алекс поддерживает меня. Господи, как я могла?

– Ева.

Голова кружится.

– Посмотри на меня. Посмотри на меня.

Я смотрю на него и беру себя в руки. Дусенька… Я отхожу от Алекса.

– Прости. Я не могу с тобой дальше.

– Что случилось?

Развернувшись, я механически, как робот, иду к проволоке, Алекс догоняет меня. Вот так все в один миг может рухнуть.