Ночное происшествие

Взяв кобуру, Джеймс натянул ее на себя, отрегулировал ремни, после чего, прислушавшись к своим ощущениям, вздохнул, но протянул руку к шкатулке. Открыв ее, он выудил за тонкую цепочку небольшой бронзовый так называемый “Кельтский крест” и, накинув цепочку на шею, спрятал его под рубашку. Закрыв шкатулку и ящик стола, он вытянул из кучи вещей на кресле пиджак, который прикрыл кобуру, и, погасив свет, вышел из комнаты. Взяв из ящика в углу картонный стаканчик, он налил туда уже отстоявшийся кофе и сделав глоток, вышел в коридор.

Поставив стаканчик на тумбу для обуви, чтоб не мешал, Джеймс обулся, надел плащ и взял шляпу, подхватил стаканчик с кофе и вышел из квартиры в ночь.

Уже на подходе к месту преступления мелкая морось, тихо шуршащая по стенам домов и капотам редких автомобилей, превратилась в полноценный ливень. Детектив надвинул поглубже шляпу и, подойдя к будке охранника у входа на стройку, отбросил в водосток на обочине дороги окурок и постучал в дверь.

– Детектив Корнер, семнадцатый участок, - сказал он, показывая жетон открывшему дверь охраннику объекта.

– Эдди Ставрич, - ответил охранник, - пойдемте, детектив, покажу вам место происшествия, - сказал он, направляясь к зданию стройки.

Джеймс шел рядом с охранником, осматривая округу и самого охранника.

Внутреннее беспокойство росло с каждым шагом, приближающим его к зданию, а когда они вошли в само сооружение и подошли к спуску в подвал, его пробрало до вставших дыбом волос и ледяной волны вдоль позвоночника, а кельтский крест на груди под рубашкой резко нагрелся, создавая ощущение ожога.

– Вот тут все и произошло, - закончил свой рассказ об обходе и обнаружении случившегося Ставрич. - Я как спустился сюда и увидел это, - он показал рукой на середину помещения, - тут же рванул наверх и из своей будки позвонил в участок...

Корнер уже не слушал охранника, его взгляд прикипел к увиденному в нечетком свете фонаря. У дальней стены немаленького помещения явно технического назначения на полу была нарисована многолучевая фигура, заключенная в круг.

Это когда-то было девушкой, на первый взгляд лет 15-17, сейчас же это был кусок мяса, настолько изуродованный, что только первичные половые признаки и длинные волосы позволяли опознать принадлежность.