Ценнее власти

— Но не сейчас.

— Хорошо. — Стася тяжело вздыхает и, замявшись, всё же сооружает себе огромный сэндвич. — Тебя тоже хотели убить? Все только и делают, что шепчутся. Идиоты.

— Не меня, — дёрнув подбородком, Марек залпом допивает всё Стасино молоко. — Олю.

— Олю? — жуя, поднимает она бровь. — Это ту красотку, которая не побоялась меня ударить?

— Иногда мне кажется, что страха у неё нет вовсе.

— Как раз то, что тебе нужно, — с коротким смешком Стася хлопает его по плечу. — Так что там с покушением? Мимо?

— В цель.

Пережить это ещё раз? Да лучше самому сдохнуть.

Стася меняется в лице, бледнеет, хватает его за руку, заставляя развернуться. Пытается сказать что-то, замолкает, встряхивает распущенными волосами.

— Ты только держись, Мар. — Узкие ладони обхватывают его лицо, тёплые карие глаза обеспокоены. — Это... мы справимся. Со всем справимся. И отомстим.

— Оля жива, — усмехнувшись, он убирает руки сестры. — Вампирский князёк помог. Чтоб его на осиновый кол насадили.

— Тогда чего ты так меня пугаешь! — Стася с силой бьёт его кулаком в плечо.

«Обернись».

Не просьба, приказ, подкреплённый истинно вампирским обаянием, который она пустила в ход, даже не заметив.

— Не моя.

Не став при этом вампиром, иначе тот стакан крови попал бы в цель. Стань она новорождённой, ещё и добавки бы попросила, а не вывернулась наизнанку после пары глотков.

— Мне-то не ври, — качает головой Стася. — На тебе её запах, въелся, словно вы уже лет десять в связке.

— Прекращай меня нюхать, малявка. — Марек со смешком удерживает её за плечи, не давая наклониться ниже. — Имей совесть.

— В нашем семействе такое чудо не встречается, — весело хмыкает Стася и хочет что-то добавить, но переводит взгляд за его плечо.

Веселье заканчивается всё и разом.

— Что? — Почувствовав присутствие Роберта ещё до того, как тот открыл дверь кухни, не оборачивается он.

— Мы кое-что нашли, ты должен взглянуть.

Глава 13

— Ты-то мне и нужна! — Петя, который, как всегда, счастливее всех, перехватывает меня прямо посреди лестницы.

— Снова к Яну? — мрачно интересуюсь я. Ничего нового в этом лучшем из миров. — Ты бы хоть ради приличия спросил как я. Как себя чувствую. Не убилась ли ненароком.

— Да кому нужны эти банальности, — морщит он нос, хватает меня за руку и тащит вниз. — Моргаешь — значит, жива. Стоишь — значит, здорова.

— Калата! — возмущённо. — Петя! — испуганно.