Ценнее власти

У которых с совестью было так же, как с мозгами, потому что вручение, названное торжественным, прошло в тусклом сером кабинете без окон и с кислой миной кого-то из канцелярии.

Так что Тени по-прежнему меня любили. Настолько, что придушили бы за углом, если бы могли, но они не могли, и это придавало особую пикантность нашим близким отношениям. Действительно близким, потому что теперь мне приходилось таскаться к ним в офис чуть ли не через день.

Даже Ириам уже выучила маршрут, вместо любимого парка утягивая меня в сторону реки.

— То ли ещё будет, — многозначительно заявляет Калата. — Не страшно?

— Волков боятся в «Волчью Тень» не ходить. — Мгновение осознания, и мы с Петей весело смеёмся, привлекая неодобрение богатых, высокомерных и кислых.

Мне плевать, потому что я вижу их насквозь, Пете — потому что своим он, полуволк по рождению и полунаследник по желанию отца, не станет никогда. Петя и не стремится, демонстрируя, что хоть у кого-то из Теней есть ум, но всё равно регулярно таскается сюда из-за дурацких волчьих правил.

— Идём. — Похоже, Марек нашел, кого искал.

— Ещё увидимся, — подмигиваю я Пете и иду, увлекаемая Мареком в сторону лестницы.

Хорошей такой, мраморной. С коваными перилами и шириной с мою гостиную. Она прямо просит кого-нибудь с неё сбросить. Тряхнув головой, я отгоняю дурацкие мысли.

Только этого нам сейчас не хватает.

— Отец. — Марек тем временем подводит меня к этой самой убийственной.

Глава над главами.

Глава 2

— Приятно познакомиться, слэчно Щенкевич. Я много слышал о вас от сына и не только. — Зверь недовольно ворочается внутри, глядя, как отец склоняется над Олиной рукой, в то время как она смотрит на него с изумлённо приподнятой бровью.

— Мне тоже очень приятно познакомиться. — Не то, чтобы Марек не ожидал её интереса, но это всё равно напрягает и нервирует.

— Как по мне, слишком большой, — улыбается отец. — Особенно, для меня одного.

Оригинально он сейчас сбросил со счетов многочисленную прислугу, школу для маленьких волчат, собрания кланов и много чего ещё.

— Разве вы один? — Оля насмешливо обводит взглядом толпу.

— Вы не хуже меня понимаете, что истинного одиночества это не исправит. — Отец смотрит Оле прямо в глаза, и она не отводит взгляда.