Сказка о сером человеке: Падение

— Бастя, что случилось? — немного испуганно спросила она. По его прерывистому дыханию поняла, что парень плакал. Он старательно прятал лицо в её волосах. Мара улыбнулась и обвила руками его талию. Его аура вспыхнула ярким аквамарином. Ощутив его чувства, она распознала: жалость к ней, нежность, тревогу и легкое опасение.

«Добрая душа», — подумала Мара. Только он не сдерживал подобных эмоций и, не стесняясь, их демонстрировал, не боясь, что его поймут превратно. И ей это очень нравилось в нём. Он этим немного напоминал Валентина, но тот был более сдержан, хотя только по одному взгляду синих глаз можно было распознать его эмоции.

— Овощ, отвали от неё, — услышала она резкое высказывание от двери. Винсент оттащил Себастьяна от девушки.

Тот был тоже в своем ворчливом постоянстве. Винсент также абсолютно не скрывал своих эмоций, только они были сплошь негативными.

— И ты тоже хороша. Убежала, поджав хвост. И что теперь… будешь сидеть здесь и оплакивать себя несчастную, — чуть насмешливо отозвался нагваль.

— Винсент, я и не собиралась… — попыталась ответить Мара.

— Умница, не разочаровывай меня ещё больше, — сказал Винсент.

«И как он так может... одновременно похвалить и поругать», — улыбаясь, удивлялась Мара.

— Опять злой гном буянит, — отозвался появившийся в дверях Рю.

— Заткнись, г@ндон штопанный, — в своей обычной манере произнес Винсент.

Кассель, появившийся, как всегда, вовремя, растащил чуть не сцепившихся прямо в ее комнате парней.

В ее комнату вошел Родион и бесцеремонно плюхнулся на кровать так, что несчастный планшет подпрыгнул. Увидев гаджет и застывшее изображение на нем, он спросил:

— Что это?

— Мой выпускной с академии, — ответила она.

— Ух ты... и ты здесь есть. Интересно, какой ты была в восемнадцать лет, — продолжал Родион.

— В шестнадцать... мне тогда было шестнадцать, — поправила она его, заметно побледнев.

— И что тогда произошло? — спросил заметивший это Кассель.

— Беда, — тихо произнесла Мара и заплакала.

Родион включил видео. От резкого звука музыки она вздрогнула.

— Вот кретин, мама не учила, что брать чужое нехорошо, — резко отозвался Винсент.

— Так что же тогда стряслось? — спросил Рю.

* * *

Изображение, пришедшее в движение, снова показало веселящихся подростков. Но вдруг музыка резко смолкла, и взоры всех присутствующих обратились к выходу из зала.