Сказка о сером человеке: Падение

«Если ты читаешь это письмо, то последние подарки ты уже получил. Словами не выразить, как я сожалею, что таких вечеров, как этот, у нас раньше не было. Ну, может, не таких, но подобных. Если бы можно было повернуть время вспять, то я бы многое исправила относительно тебя, где-то повела бы себя по-другому. Я бы очень хотела, чтобы ты и Артур поладили. Я уверена, если бы ты узнал его получше, вы бы наверняка были друзьями. Но, увы. Я сама стала между вами разделительной чертой, сосредоточив своё внимание на Артуре.

И сознание собственной вины уже ничего не исправит. Не думай, что я откупаюсь от тебя. Мне просто хотелось, чтобы у тебя было что-то, напоминающее обо мне. Если мы когда-нибудь ещё увидимся, то я постараюсь исправить, если не все, то хотя бы некоторые свои ошибки. Единственное, чего я хочу, чтобы у тебя всё было хорошо и ты был счастлив. Удачи во всём. Мара».

Людовик уже не слышал гомон голосов переговаривающихся подростков. Он еще некоторое время смотрел на лист, исписанный ровным красивым почерком.

«Если мы когда-нибудь ещё увидимся», — эта фраза в письме билась где-то в груди тревожным набатом. Неужели это то, о чем он думает и чего больше всего на свете боится? Неужели это было прощание?

— Эй, чё с тобой? — спросила та же блондинка, заметив, что на нем лица нет.

— Не твое дело, — отмахнулся паренек.

Только после того, как вернулась в свою комнату и переоделась, Мара поняла, насколько устала за этот долгий день, снова забывшись тревожным сном.

____________________

Примечание:

(1) Стазис — искусственная пауза во всех физиологических процессах, в данном случае состояние абсолютного покоя.

(2) Noize MC — Ненавижу

Часть 15

Лунный свет выглянувшего из-за темных туч ночного светила попадал через окно в небольшую, но уютную комнату. Ночник слабо освещал спящего юношу. Темно-русые волосы его разметались по подушке. Ладонь, положенная под голову. Ровное размеренное дыхание и легкое подрагивание длинных ресниц говорили о том, что ему больше не снились тревожные сны.

Он изредка улыбался.

Дверь комнаты открылась, впуская темный силуэт. Он прошел вдоль его кровати и остановился возле, некоторое время наблюдая за спящим юношей. Луна, вновь появившаяся из-за туч, осветила платиновые волосы незнакомца, волной укрывавшие спину ниже лопаток. Но поднял руку в черной перчатке, в которой блеснуло дуло пистолета, направляя его на спящего.

— Прости, но она должна жить, — произнес он, и в следующее мгновение прогремело несколько выстрелов.