Сказка о сером человеке

Преодолеть эти чертовы километры, обнять его, сказать, как он ей дорог, не пустить. Но ничего уже не изменишь. И теперь у неё остались лишь воспоминания и это проклятое «никогда». И она никогда не узнает, о чём он тогда хотел сказать ей.

* * *

«Никто не знает, чем мы жертвуем, спасая это якобы человечество. Никто не знает, как мы на самом деле умираем», — отчаянье и злоба были в этих мыслях. Даже каждодневное присутствие Кристалии, которая пыталась разговорами отвлечь от грустных мыслей, не особо помогало.

Девушка взяла с прикроватного столика планшет и включила видео. Она снимала его в кафе.

— Перестань, Мара, ты же знаешь, я не люблю, когда меня снимают во время еды, — улыбнулся Рауль, глядя в камеру.

* * *

Одинокая слеза скатилась по её щеке. Она отложила планшет и посмотрела в окно. На улице шёл ливень. Мара часто задавалась вопросом: почему за её окном в любое время суток и в любой сезон идёт дождь, лишь зимой иногда снег. И ответа она не находила.

Сигнал смартфона возвестил о том, что пришло сообщение.

Девушка взяла телефон и, открыв сообщение, пришла в ужас, сердце пропустило удар.

«Я буду искать тебя в тысячах измерений и в тысячах жизней, пока не найду», — сообщение было от Рауля.

«Это что, чья-то глупая шутка», — подумала она, намереваясь оторвать голову шутнику.

Однако, посмотрев способ отправки — списки-рассылки, — поняла, что Рауль отправил его в тот день, когда они говорили в последний раз. Мара медленно встала с кровати и, чуть покачиваясь от навалившейся слабости, слушая гулкие удары собственного сердца, пошла к окну.

Прикоснувшись к нему, увидела, как вода с другой стороны окна стала послушно обтекать её ладонь. Затем стекло стремительно стало замерзать, оставляя на нем красивый витиеватый орнамент.

— Я буду ждать тебя... — тихо прошептала она. Как будто он мог её услышать.

Там там никогда никто не спросит,

Как нам живётся сквозь жизни туман.

В хлам, в хлам убитая в доску осень,

Там там лишь слёзы дождя по щекам.

(3)

Разливалась тихая музыка по комнате. Слёзы душили её и сознание того, что она осталась совсем одна. В глазах внезапно потемнело, и она, наверное, упала бы, если бы сильные руки не подхватили её.

— Глупо, — тихо произнёс Марк, укладывая её на кровать.

— Мара, зачем ты встала... Нельзя же ещё, — тихо произнёс Себастьян, кладя ладонь на её руку. Девушка почувствовала, как по телу разливается жар. Себастьян коснулся прохладной ладонью её лба.