Сказка о сером человеке

Ледяная кванси подалась вперед. Её тело слегка подрагивало, будто в лихорадке, но выражение лица оставалось непроницаемым, а хватка и не думала ослабевать. Температура вокруг них начала стремительно падать, влага застывала миллионом мельчайших кристаллов, из-за чего воздух становился сухим и колючим.

— Ты... — чуть слышно, внезапно хриплым голосом выдохнула Арджент, выпуская воздух вместе с облачком пара. От её пальцев по коже кванси начала расползаться ледяная корка, пока только по поверхности.

— Мара. — позвала её Эрика, пытаясь выдернуть руку.

Дверь в палату резко распахнулась, и уже наполовину замерзшую руку перехватила ещё одна — более тёплая, но не менее твёрдая. Конечность боевой кванси удерживали твёрдо, не давая возможности шелохнуться. Подняв взгляд, Эрика поняла, что начальственный гнев может настигнуть её уже в ближайшие минуты.

Кристалия резко, разрубающим движением ударила ребром ладони по сжавшимся в мертвой хватке пальцам. Плоть послушно разошлась, повинуясь способности кванси, отчего фаланги, потеряв мышечную опору, разжались сами собой.

Эрика, не теряя ни секунды, вырвала начавшую кровоточить руку и быстро сделала несколько шагов в сторону, продолжая настороженно наблюдать, готовая в любой момент действовать, если понадобится.

— Вон. Живо! — рыкнула на неё Кристалия. Напыщенной дурочке, как её мог бы описать Винсент, будь он немного разговорчивее с коллегами, следовало бы удалиться, но та не двигалась с места. Казалось, зрачки врача полыхают в темноте, грозясь испепелить нарушительницу, однако это была лишь видимость: Крис сейчас больше занимало, не усугубило ли непроизвольное применение способности и так не лучшее состояние пациентки.

Мара тяжело и хрипло дышала, цепляясь обледенелыми руками за одежду своей подруги, оставляя россыпь инея и крупных ледяных кристаллов на ткани и кое-где на неприкрытой коже. Кристалия стоически игнорировала болезненно врезающийся в неё лёд, мягко, но уверенно удерживая ледяную кванси за плечи и уже совершенно мирным голосом призывая ту успокоиться, убеждая, что всё в порядке и ей больше ничто не угрожает.