Сказка о сером человеке

— протянул Виктор, наклонившись к ней, почти касаясь губами ее шеи...

— Или что... — переспросила Мара, замирая.

Виктор:

— Я белый гусь

В тебя влюблюсь,- тихо прошептал он, чтобы только она это слышала, и последние песчинки упали на горку песка в часах, закончившись между строк произнесенной им рифмы.

— И мы оба проиграли, — улыбнулся парень и указал на часы. Девушка только сейчас сообразила, что опоздала. Альбинос умело потянул время так, чтобы произнести свою рифму в самом конце отведенного им времени.

Его зверёк умело отвлекал её и не давал сосредоточиться.

«Я белый гусь

В очках пройдусь», — вспомнила она то, что пришло в голову, и то, что она не успела произнести.

— Виктор, так нечестно, — возмутилась Мара, пылая праведным гневом.

— Не я придумал правила игры, я лишь придумал, как их нарушить, — засмеялся он.

Мара покачала головой, удивляясь, как легко угодила в его ловушку.

— Было весело, — услышала она за спиной тихий голос, когда наливала себе кофе на кухне.

— Это расслабляет и отвлекает.

Можете потом так и сами играть, когда... — запнулась Мара, заметив грусть в зеленовато-серых глазах Себастьяна.

— Когда ты уйдешь, — договорил за неё тот.

— Я много раз говорила, что тут временно, не стоит ко мне привыкать, — сказала Мара.

* * *

— Вот скажи, пожалуйста, почему вы, охранники, и только мы с Алексисом одеты как гости, — возмущалась Мара, шурша длинным платьем из бежевой парчи с витиеватым серебряным рисунком, поправляя высокие вечерние перчатки.

— Ну сама посуди, если охрана будет постоянно сновать среди гостей, это будет выглядеть подозрительно и раздражающе, — ответил Линк, проверяя микрофон.

Алексис тем временем стоял в центре зала, одетый в тёмно-серый классический костюм-тройку, и о чём-то мило беседовал с юной виновницей торжества. Являясь наследником крупного конгломерата и ведущим экономистом, его нахождение на торжестве ни у кого из присутствующих вопросов не вызвало. Именинница не сводила восхищённого взгляда со статного черноволосого красавца, явно польщённая его вниманием.

Заиграла медленная мелодия. Алексис, протянув руку девушке, увлёк её в круг танцующих. Он плавно двигался с кошачьей грацией, привлекая восторженные, иногда завистливые взгляды окружающих.

Мара немного нервничала. Приближался час пик, и надо было собрать всех людей в одном месте, чтобы легче было их защищать.

«И чем это Алексис занимается, чёрт его дери», — негодующе думала она, наблюдая за его непринуждённым поведением.