Шок. Книга 1

Они спасались от уличных бандитов, терпели вместе нападки Петера, слонялись по городу в поисках работы и еды. Криштоф не забыл о друге, когда его усыновили. Криштоф был частью жизни Шока. Прошлой жизни. Он остался в мире войны, из которого Шок убежал.

Можно ли считать Шока предателем?

Нет, конечно. Шок прекрасно знал, что как только он тут всё разузнает, как только он освоится в этом мире, он найдет способ перетащить сюда Криштофа.

Это даже не вызывало сомнения, Шок верил в это каждую секунду своей жизни.

А Корд… А что Корд?

Парень, не знавший голода и выживания. Человек, который по навыкам и по статусу в этом мире был явно выше Шока, но принял его как равного. Он мог повести себя как боярыня Лика – не признавать в парне человека, достойного сидеть с ним за одной партой. Глумиться над ним. Но он был рядом, помогал Шоку, подсказывал ему, угостил этой замечательной крибникой, наконец.

Корд тоже был друг.

Шок шел из класса и думал о своем старом мире и о дружбе, и поэтому не заметил, как на том же самом злополучном изгибе коридора его подстерег Петер.

Неожиданный удар пришелся в ключицу. Шок встал как вкопанный.

– Куда прёшь, мелочь? – Петер смотрел на Шока с наглой улыбкой. – Соскучился, земляк?

– Привет, Петер, – вздохнул Шок.

В голове парня всё встало на свои места. Именно так и должен был закончиться этот невероятно длинный день. Встреча с его злейшим другом была предопределена.

– А я смотрю, идет такой, не здоровается, дай, думаю, напомню, кого здесь бояться нужно.

– Нет, не забыл. Тебя сложно забыть.

– Ладно, не хмурься. Хмурится он мне тут. Это мне нужно хмуриться, это меня заперли в казарме с десятком высокородных придурков, – его глаза прищурились, пальцы сжались в кулаки, а губы превратились в тонкую линию. – Помыкают, пихают, воздух портят постоянно. Не представляешь, как у нас там поутру воняет…

– Фу, Петер, перестань, – Шок сморщился. Затем вдруг мысленно зацепился за слова старшего мальчика.

Резкая оплеуха заставила Шока замолчать, а его щека запылала огнем.

– Никто меня не пихает, – раздельно, с ударением на каждом слоге отчеканил Петер.

– Но ты сам сказал…

– Тебе показалось, – Петер сжал в кулаке ухо Шока и принялся разминать его, словно набитую махоркой папиросу.

– Ой! – вскрикнул Шок.

– Больно? – деланно удивился хулиган. – Ничего, не переживай, до свадьбы всё заживет.