Цветы для Риты

А значит, это он сейчас мог бы быть на месте того, с цветком, торчащим из груди? Рита перестала тормошить мужчину, застегнула на нем брюки, поправила рубашку, присела рядом, проверяя, видимо, жив ли, удовлетворенно кивнула и оторвала стебель от его груди. Опустила лицо в цветок — должно быть, продолжила есть.

— А почему она со мной этого не сделала?

— Потому что ты так никуда ее и не затащил, кроме кафе. Между прочим, первый случай, Риточка была очень растеряна. Никак не могла понять, что с тобой делать, если ты не еда.

От так легко сорвавшегося с языка красавца слова ощутимо передернуло.

— И что же она решила?

— А это ты сам у нее спроси. Если вспомнишь вопрос, конечно. Я так понимаю, тебе при ней, мягко скажем, не до умных мыслей. Но это ничего, к Рите можно привыкнуть. Вон, Адам же привык.

Тот улыбнулся:

— Директору по персоналу нехорошо тупеть от одного вида сотрудницы. Пришлось адаптироваться. И у вас наверняка получится.

Ярослав тайком ущипнул себя за руку, внезапно подумав — странно, что эта версия появилась у него только теперь, - что он, возможно, просто спит.

Но нет, это нисколько не помогло. Адам и тот, второй выжидающе смотрели на него. На экране Рита помогала встать пришедшему в себя мужчине. Ярослав вздохнул:

— Вот не зря мне здесь всегда не нравилось.

Он взял контракт, начал внимательно и вдумчиво читать. А пока одна часть мозга обрабатывала информацию юридическую, другая пыталась заняться более глобальными вопросами. Есть ли у него другой выход? Может ли он просто взять, наплевать на какой-то забытый мистический карточный долг и выйти отсюда через дверь? Он простой человек, он не заказывал в свою жизнь всякого мистического бреда, он, в конце концов, просто боится работать рядом со всеми этими существами, вроде вот этого красавца.

Или Риты. Особенно Риты! Сможет ли он ее избегать? Хочет ли он ее избегать? Как ему вести себя с ней после того, как он узнал о ней... это?

Он перечитал контракт трижды, не нашел ни надписей невидимыми чернилами, ни пункта мелким шрифтом о пожизненном рабстве или продаже души.

Сказал себе, что непременно об этом пожалеет. Поставил подпись.

* * *

— А если она его все-таки съест? — с сомнением спросил Адам, закрыв дверь за новым техническим директором.

— Не сможет. Он принес ей белые цветы, и еще не раз принесет. А она белых цветов всю жизнь ждала, для нее это обещание свободы... ну что ты кривишься скептически? Думаешь, Рита недостаточно для этого одухотворена? А по-моему, вполне.