Застенец

Вроде, охрана молодого графа не входила в обязанности Максутова. Тогда не входила. Но надо же, как все перетасовалось.

Моя враждебная троица вела себя тише воды, ниже травы. Да, обстоятельства на политической карте сильно поменялись. Зубарева-старшего вроде не уволили, но сослали на какую-то незначительную должность. Поэтому его сынок — Дмитрий, ходил как побитая собака. Ну, к слову, действительно побитая.

Максутов-младший, несмотря на карьерный рост брата (как выяснилось, троюродного), тоже не отсвечивал. Ответ я нашел в собственном письме.

А Крыса и есть Крыса. Он и раньше не особо рыпался. Теперь же вообще затаился. Казалось бы, живи и получай удовольствие. Вот только что-то не сходилось.

— Может, в словах Будочника есть смысл? — спросил я. — Какой толк в даре, если ты не можешь им воспользоваться.

— Что ты, Николай, отдать дар, даже его часть, это страшный грех! — всплеснул руками Горчаков.

— Рад, Илья, что мы хоть немного отвлекли тебя от прогула занятий. А что, правда грех?

— Илья со свойственной ему экспрессивностью и неустойчивой храбростью выразился не вполне корректно, — заметила Лиза, сев на парту и скрестив на груди руки. — Но в принципе верно. Передача дара — процесс неконтролируемый и рисковый. Потому на подобное могут пойти либо отчаянные люди, либо сумасшедшие.

— Я же не собираюсь отдавать ему дар полностью. А кусочек, как выразился он сам.

— Замечательно, значит, ты упадешь не с самого высокого шпиля четырехэтажного здания, а лишь с карниза крыши, — спокойно парировала девушка. — Пойми, Николай, у всего существуют определенные последствия. Бывали случаи, когда после передачи дар не рубцевался и магические силы продолжали утекать. И так до полного опустошения.

— Макар, можно твою короночку? – вежливо попросил я.

— Елизавета Павловна, при всем моем уважении, не будьте занудой, — развеселился Протопопов.

Правда, тут же пожалел о своем легкомыслии, встретившись с гневным взглядом Елизаветы. Он, наверное, и рад был бы вернуть все назад, но слово, как известно, не воробей. Уж скорее, дятел.

— Дело не в занудстве, — серьезно ответила девушка. — А в том, что от этого может зависеть твое магическое будущее.

— Ты говоришь, как моя мама, — потянулся Горчаков. — Действительно, ужасно скучно.

— Может, это у тебя суперспособность такая? — хохотнул я. — Быть занудой.