Твоя невезучая

— Нечего говоришь в твоей постели делать. Ладно, не вопрос, — эльф неожиданно подошел к ней вплотную и ловко перекинул ее через свое плечо.

— Эй! А, ну, немедленно поставь меня! — Кейт раздраженно принялась бить юношу по широкой спине.

— В своей комнате поставлю. Вернее, положу. В твоей же кровати мне нельзя ложиться.

— Делиан! Я серьезно! Лучше поставь, иначе я тебя задушу твоим собственным одеялом! — разозлилась не на шутку подопечная.

— Если успеешь. Хотя чисто теоретически вполне возможно, но я не позволю этому случиться, — нахально усмехнулся в ответ Делиан, направляясь к себе в комнату.

Та еще злее принялась стучать по хранителю. Нет, бесполезно. Тот не выпускал. Волховой пришлось смириться с несправедливым положением. Разумеется, временно, дабы выждать более подходящего момента для насыщенного выплеска праведного гнева. Если она начнет кидаться чем-нибудь сгоряча — его вина.

Оказавшись в комнате, возле кровати, светлый бесцеремонно скинул Волхову с плеча, после чего мгновенно упав рядом, без всяких шансов прижал невезучую к своему телу.

— Ах ты, — хотела было разразиться возмущениями Кейт, но ощутив резкую, нечеловеческую усталость просто отключилась в его объятиях.

Она впервые почувствовала себя под защитой, и это чувство помогло наконец заснуть...

Ей неожиданно приснилась мама. Приемная мама, как оказалось, которую она столько лет считала родной. Марина Андреевна слегка полноватая женщина, среднего роста, сорока восьми лет. Ее волосы всегда были подстрижены под каре. И сколько помнила Кейт, та зимой-летом постоянно щеголяла в платьях на высоких каблуках с изящными шарфами, галантно прикрывающими шею.

Поэтому невезучей стало не по себе, когда ее взору предстала побледневшая, дрожащая от ледяного ужаса приемная. Перед Мариной Андреевной стояла до боли знакомая фигура — Кассандра, наставившая на женщину пистолет с глушителем.

— Твой труп станет моим самым пламенным приветом для Кейт...

Не выдержав накала эмоций, вызванных сновидением, Волхова принялась яростно вырываться из объятий Делиана.

— Тише-тише, ты чего? — лишь крепче прижал подопечную к себе байкер.

— Я должна увидеть маму! — продолжала панически дергаться рыжая, сильно переживая за Марину Андреевну.

— Ты же знаешь, что тебе лучше этого не делать, Кейт, — на полном серьезе произнес хранитель.