Затаившийся

– Но кто они, и откуда? – поторопил я рассказчика, из которого каждое слово приходилось тащить клещами. – Тут такое дело... Баба Маня была права, моя мать – охотник на оборотней. Мой отец был её заданием. Только оказалось, что он был таким же пацифистом как и я. Познакомились они поближе и влюбились, решили сбежать. Но Влади Мир, старший брат отца узнал об этом и решил помешать. Отца убил, мать укусил и запугал, вынудил взять вину на себя. Она была тогда уже в положении, к тому же стала оборотнем, дед, не смотря на всю злость, не смог дать распоряжение на её убийство.

Так и терпел её в своём доме до самой смерти... – Всё это конечно очень интересно, но я ведь спросил тебя не об этом, а о том, кто эти люди, – вспыхнул я после пяти минут пустых разговоров. – Говорю же, моя мать – охотник на оборотней. А это её команда. Конечно, когда она была оборотнем, то старалась лишний раз на глаза им не попадаться, но сегодня когда благодаря твоей крови она не обратилась, она захотела поделиться этой радостной новостью со мной. Но не найдя меня дома, запилинговала мой сигнал. Поняв куда и для чего я пошёл, отправила за мной команду. Если бы не эти ребята, нас бы уже не было в живых. Баба Маня ведь не смогла завершить обряд по призыву харборов, Света, так ни в одного оборотня и не попала. Олег спрятался в клетке, ты лишился чувств, Лёня отбивался от наступающих волков чем только мог и при этом постоянно твердил: «Ты под моим контролем. Ты не волк. Ты пудель». Возможно я бы с этого даже посмеялся, но был немного другим занят, а вернее другими, братцем и его дружками. Когда раздались первые одиночные выстрелы, и пара оборотней рухнули, я решил, что Света стрелять научилась. Оглянулся, и тут же на меня накинули сеть. Но лучше оказаться спелёнатым по рукам и ногам, чем мёртвым. Кстати о смерти, я практически умер, пришлось одолжить кристалик твоей крови, думаю ты возражать не станешь. Там ведь их много было. Ты мог бы кровью истечь, если бы Баба Маня не извлекла из тебя слезу бога и не напоила боленикой. – Значит, я больше не харбор? – мне вдруг стало так грустно, будто от меня махом половину отрезали, ту, которая мне даже больше оставшейся нравилась. Теперь я больше не смогу разговаривать со своими четвероногими друзьями и резвиться в траве. – Мне жаль, но другого выхода не было. Понимаю, что тебе хотелось попрощаться с друзьями, но кристаллы всё текли и текли из тебя, ни повязка, ни жгут, ни даже боленика не помогали, лучше жить человеком, чем не жить вообще.