Вирфы

– Не просто повар, а лучший в мире повар! – торжественным тоном провозгласил Рафур. – Хватит вам хлопотать, ваши помощники и сами всех накормят. Садитесь, выпейте с нами клюквика, уважьте товарищей.

Цвет щёк Валегорта от смущения стал неотличим от цвета его коралловых перьев. Он в сомнении помахал крыльями над свободным пеньком и, наконец, сел рядом с Рафуром за преподавательский стол. Его помощники тут же прилетели с хрустальными тарелками и серебряными приборами.

– Мне право, так неловко, – улыбался повар, пока ему накладывали мороженое.

– А почему это вы, мои дорогие учителя, никогда не приглашали нашего горячо любимого Вале посидеть вместе с вами? – с укоризной переводил взгляд Рафур с одного преподавателя на другого.

– Да я как-то… Ну… – не нашёл ответа директор.

– Вот, что у тебя за талант, – прошептал повар, наклонившись к молодому вожаку, – даже преподавателей с директором не затруднился посрамить без единого грубого слова.

– Вырастили интеллигента на свою голову, – пробурчал себе под нос Веор.

Зелёный полоз вожака сполз с запястья хозяина и переместился на край стола, где вместе с Вилли они стали перешёптываться на своём, ведомом лишь змеям, языке. По-видимому, беседа была приятной, и они много шутили, потому что с их мордочек не сползали улыбки, и время от времени змейки заливались забавным звонким хохотом.

Рафур вежливо отказался от предложенного печенья, но, когда узнал, что оно с имбирём, с горящими глазами взметнул ввысь и отнял у помощника повара тарелку со сладостями, и радостный, как ребёнок, уселся на своё место, блаженно вдыхая аромат имбирного печенья, растеряв всю свою важность.

Эстиус нервно тыкал в мороженое ложкой, превращая его в сладкую жижицу. Ему не терпелось предложить Рафуру себя в качестве боевого проводника, но нарушать мирную беседу преподавателей было бы слишком невежливо. Велирэйн снова травил байки, а расчувствовавшийся Валегорт вспоминал школьные годы Рафура.

– Ты всегда был таким молчаливым, – ностальгировал повар, – вечно сидел в углу с книжкой, ни с кем не общался.

– Ещё бы, – прошептал Фарфатис Клаурису, услышав речи повара, – ни с кем не будешь общаться, когда всех ненавидишь. Вырастили вежливую сволочь и радуются.

– Ну, может он не такой и плохой? – зародилась в Клаурисе надежда. – Он угрожал мне на собрании, а сейчас так рад моему перевоплощению.