Хоколобон

Малый рост — признак элиты, что заключает сделки и правит. Сплошные плюсы – всерьёз не примут, физической угрозы нет. Да и не надо ему, ведь есть низший ранг, громилы. Охотники, что ищут должников и нарушителей. И в таких пограничных местах, как Хоколобон, охотники готовы на что угодно, лишь бы выслужиться, ускорить своё повышение. А тут вы попались — как устоять-то?

– Так а имя нам что даёт?

– Как я и сказал, вам нужен рычаг на Ацрова. Такой, что заставит расторгнуть Договор. А это требует знаний, ресурсов.

– Раз вы так много знаете, может, поможете? - с надеждой обратилась Агнесс.

На лбу Сиклза появилась злая морщина. Брови почти сошлись над переносицей, с таким чувством он взглянул на неё. Казалось, что он готов на неё начать ругаться и сыпать матом, броситься с ножом или ещё чем острым наперевес, настолько большую глупость она сказала. Но вместо этого он громко вздохнул и несколько раз с силой провёл ладонями по лицу, разглаживая кожу.

– Поймите правильно. Далеко не факт, что я вообще могу помочь.

– Да уж, - согласился Франц.

– Именно. Я что-то знаю, да. У меня есть козыри в рукавах. Но этого может оказаться недостаточно. А главное – я не стану помогать вам даром.

– Это вполне ожидаемо. Но что вы от нас хотите?

– Ответного жеста доброй воли. Хоколобон на пороге перемен, и действовать придётся быстро.

– В смысле? Что не так с городом-то? - удивилась Агнесс.

– И как мы-то с этим поможем? - вслед, почти в унисон, спросил Франц.

– В таких делах никто не может знать наверняка. Я вижу, как план Вселенной начинает меняться. Сначала в город прибываете вы, буквально по вашим следам мчится мой внук… Часы Вечности пришли в движение. Их циферблат мне недоступен, но я слышу работу шестерён.

Цемские переглянулись. Что это, что говорит Даррен? Сплошные загадки, словно старик обезумел или нарочито украшает речь малопонятными образами. Или он действительно имеет в виду то, что говорит?

- Очень мутная формулировка, господин Сиклз, - выдержав паузу, заметил Франц.

– Тогда вы спокойно отправитесь обратно в большой мир. И вспомните обо мне, разве что пересказывая жизнь внукам.

– Поклянётесь в этом?

– Не сомневаясь ни секунды. Кто я по вашему? - спросил он. Морщина вновь проявилась на его лбу, но в этот раз лишь на долю секунды. – Я понимаю, что вы не избалованы добропорядочностью.