Новая переменная. Том 2

— Клаус был предельно любезен, объясняя, что ему нужно.

Четыре гроба не вписывались в картину сложившейся ситуации, которую для себя нарисовал Эрик. Троих он знал. Элайджа, Финн и Кол. Но кто четвертый? Эрик начал подозревать, что пропажей Ребекки Клаус не занимался потому, что уже знал, где она. Впрочем, стоило уточнить.

— Ребекка, я так понимаю, тоже в списке вампиров в гробах?

— Нет, — ответил Деймон. — Блондинку я передал на руки её злобному старшему братцу, чтобы немного сбавить градус напряжения. Клаус в ярости, но так у нас появился небольшой шанс выпутаться из дерьма, в которое нас затащил Стефан, без потерь.

Даже если он и вытащит из неё кинжал, то Барби-Клаус будет жаждать добраться до уехавшей из города Кэтрин, а не нас.

Эрик мысленно разорвал на клочки листок из многострадального блокнота. Теперь все догадки были бесполезны. Ребекка была в надёжном месте. Правда, скорее всего, до сих пор с кинжалом в сердце. Вряд ли сейчас Ник станет так рисковать. Иначе он бы давно попытался вернуть память самому Эрику.

По крайней мере, Эрик надеялся, что в планах брата было возвращение воспоминаний о прошлой жизни своему переродившемуся младшему брату.

— Отличный план! — возмущенно воскликнул Джереми. — Вернуть мёртвых первородных, чтобы злой гибрид не убил меня или кого-нибудь ещё?

— А у тебя есть идея получше? — спросил Деймон.

— Да! — буквально прокричал Джереми. — Давайте просто уедем! Соберём вещи и свалим подальше! Так будет лучше для всех нас! Просто свалим подальше от всей этой сверхъестественной чепухи!

— Успокойся, Джер, — попросила Елена.

— Нет! — мотнул головой Джереми. — Не стану! Всегда, вы всегда думаете об учёбе, работе! Какой в этом смысл, если нас всех убьют?

— Джереми, — Аларик кашлянул, привлекая к себе внимание. — Ты можешь уехать. Я могу договориться и тебя примут в школе-пансионате при колледже, где я раньше преподавал, но твоя сестра… Клаус найдет её везде. Ты готов бросить её, чтобы жить спокойно?

Судорожно вздохнув, Джереми вытер злые слезы, выступившие на глазах и, шмыгнув носом, буквально упал в кресло.

Конечно же он не мог сказать, что бросит Елену, а сам сбежит, трусливо поджав хвост. Но и оставаться там, где его жизнь и жизни его близких всё время подвержены опасности, не мог. Обида на несправедливую судьбу душила Джереми изнутри.

Сорвавшись с места, Елена села на подлокотник кресла и обняла своего младшего брата. Ей тоже было обидно. Она тоже с удовольствием бы сбежала как можно дальше.