Реплика

Учитель задавал определённые упражнения, выглядело как упражнения на тренировку памяти и внимательности. Часть общей картины. Но вот в чём картина, как увидеть её, как понять, что на самом деле преподаёт Учитель?

Ни малейшего намёка. Упражнения затейливые: представить некий геометрический образ, в уме, делать определённые действия с ним - поворачивать, например - при этом мысленно обходить части картинки и не сбиваться. Уж как именно Учитель понимал, что ученик не сбивается, неведомо. Трудились все, и на лицах всех пяти были то восторженные улыбки (и у Ники не было равных по этой части), то поджатые губы.

А потом другие упражнения, отчётливо на способность запоминать. Сам Александр не видел в происходящем никакого явного смысла – ну чем поможет умение мысленно вращать проекцию тессеракта, четырёхмерного куба, мысленно двигаться вниманием по многим его рёбрам, и при этом вслух проговаривать числа Фибоначчи? И все упражнения примерно такие же. Но странное дело – получалось всякий раз лучше и лучше, держать сосредоточение выходило всё проще, и– главное – это уже не так утомляло, как в самом начале.

Когда было начало – и не понять. Сжатие времени оставалось плотным, месяц за час. Снаружи ещё и сутки не прошли, внутри миновало несколько месяцев, и непонятные ежедневные упражнения от Учителя стали обыденностью.

И, мало-помалу, они разговорились. Все со всеми. Дядю Кубика поражали все истории, трудно было найти лучшего слушателя – кроме разве что Ники.

У Ники, понятное дело, сложно с детством, которого не было и со всем прочим – многое из её недавней жизни слишком личное. Зато у неё есть её книги. Она не пересказывала их, не читала по памяти – но истории из книг чудесным образом казались совершенно правдивыми и подлинными, не вызывали чувства лукавства или нереальности.

— ...Бандиты – вот это беда была, – рассказывал дядя Кубик как-то раз, когда они остались вдвоём в столовой. Все девушки в тот вечер увлечённо проверяли одну из гипотез Риммы о том, как улучшить качество их с Никой модели. – Оружия после войны осталось полно, а люди вернулись самые разные. Поначалу, первые несколько месяцев, спокойно было и радостно. Ну да, разруха, вот это всё, но всё равно радостно. А потом началось.

...