Реплика

В большой комнате Александр и обнаружил Михаила Владимировича. Тот явно наводил порядок в хозяйстве – в печи уже стоят чугуны с тем, что будет на обед (так и не удосужился посмотреть в здешние хранилища еды – по словам Риммы, они колоссальные), а сам дядя Кубик перебирает остальное, шкаф за шкафом. А на столе – неизменный самовар, и запах свежезаваренного чая просто умопомрачительный!

— Помочь, Михаил Владимирович?

— Нет-нет, если что потребуется – позову, стесняться не стану, – заверил дядя Кубик и закрыл шкаф.

– Садись. Наливай нам обоим. Ника пока работает, просила позвать, только если что-то срочное. Есть вопросы?

Александр покивал и, налив им обоим, присел за стол. Михаилу Владимировичу, на вид, немного за пятьдесят. Окончательно он ушёл сюда, в комплекс, в день своего восьмидесятивосьмилетнего юбилея. Подробностей пока не рассказывал, видно – эта история его не развлекает.

— Спрашивай, – предложил дядя Кубик, присев за стол. – Обед через час, я позову.

Александр не сразу собрался с мыслями.

Главный компьютер, Учитель, вполне может ответить на все вопросы, но хотелось иногда получить ответы от человека.

— Я думал, что тут почти все знания можно получить быстро, копированием, – посмотрел он в глаза собеседника. – Выходит, что не все?

Дядя Кубик покивал.

— Не все. Многие рефлексы – можно. Некоторые справочные данные. Остальное можно получить быстрее обычного, но не мгновенно. Римма и Вероника долго это изучали, мы ведь вместе разрабатывали тело для Риммы и интерфейс к нему.

— “Титан”?

— Он самый. Почитай, шестнадцать здешних лет вдвоём, а потом втроём, – подмигнул дядя Кубик. – Разумеется, при помощи Учителя. Я в программировании и почти во всей здешней математике не спец. Изучить могу, спорить не буду, но у девушек это вышло быстрее. Римма, как только тело получила, за следующий месяц сделала больше, чем мы за предыдущие пятнадцать с хвостиком лет.

— Обалдеть! – поразился Александр. – И вы пытались копировать память – ну, знания?

— Верно.

Но есть предел. Сам понимаешь, специалистов по всему этому немного, теории строим на ходу, а Учитель поясняет далеко не всё. В общем, есть предельная скорость – одна для нас, людей, другая для синтетов.

— Термин для Риммы и её теней? Ну, теперь ещё и для Ники?

— Верно. Ускорить можно. Одна беда: тебе будет казаться, пока учишься, что девять десятых всего ты будто не замечаешь. То есть прочтёшь учебник – и удивишься, почему вдруг почти весь он не задержался.