Реплика

– И молчите.

В предыдущей секции стоял столик, здесь – колченогий старый стул. А у самого пола, красными буквами вкривь и вкось, значилось:

“OBSCURATO NIHIL”.

Позади мяукнуло. Ника, разумеется, всё это видела “всей собой”, как минимум затылком – она спокойно оглянулась. Из исходного проёма, появилась тощая небольшая кошка, а следом вышла пожилая, неопределённого возраста женщина – невысокая, в кофте и брюках, с тростью в руке. Она встретилась взглядом с остальными, прижала указательный палец ко рту, а затем поманила их к себе.

— Знаете, она права, – шепнула Римма. – Потом все подробности. Выходим! Ника, что такое?

Ника замерла у того самого прохода в странной позе – словно давила на невидимую стену.

— Что-то не пропускает, – пояснила она шёпотом. – Ой, глядите!

Женщина с тростью взяла себя за запястья, а потом вновь поманила.

— Взяться всем за руки! – догадалась Ника. – Римма...

— Вижу, – спокойно заметила Римма. – Пора делать ноги, народ, она права. Без паники. Взялись за руки!

И сразу же пропал невидимый барьер.

Спокойно вышли в секцию со столиком, и далее – женщина и её кошка уже направлялись назад, но не к лестнице, а под неё – там тоже оказалась дверь. А за ней...

— Сыростью пахнет, – заметила Ника. – Странное место, не помню его на карте. Ого! Что это?!

Женщина затворила за ними дверь, и под низким потолком зажёгся фонарь – тусклый, мерцающий. Стало видно, что на стене напротив – зеркало. Женщина подошла к нему, кошка семенила следом. Женщина прикоснулась тростью к зеркалу, и то.

.. осветилось. Теперь там видна улица, но вот какая – не понять. Возле управы таких точно нет.

Кошка прыгнула сквозь зеркало и вот уже сидит по ту сторону – у стены дома. Женщина шагнула следом, остальные ещё не успели опомниться от трюка кошки, и вот на тебе. Женщина, по ту сторону, постучала пальцем себя по запястью.

— Мало времени, – покивала Ника. – Мне не нравится, что я слышу за дверью! Правда не нравится!

— Проходим, – оценила ситуацию Римма. – Взялись за руки, и вперёд!

Сырость неведомо где находящегося подвала сменилась душным летним зноем.

Женщина удовлетворённо покивала – молодцы, мол. Кошка уже сидела у неё на руках. Позади раздался громкий звон и треск. Все, не сговариваясь, оглянулись.

Зеркало было, видимо, прямо на стене дома. Теперь перед стеной лежала россыпь мелких зеркальных осколков.

— Да что же... – начала было Римма и резко оглянулась.

Никого. Ни женщины, ни кошки.

— Блин, я думала – глюки аппаратуры, – почесала Римма затылок.