Хранительница. Памятью проклятые

Подозреваю, они и сами забыли.

— Звучит не обнадеживающе, — заметила я, переглянувшись с Оксаной, — делать-то что будем?

Влад пожал плечами:

— Она останется со мной, ты вернешься домой. Полагаю, Глеб захочет с тобой серьезно поговорить.

— Это о чем?

— О том, что нужно делиться своими предчувствиями с более опытными коллегами.

Возвращаться домой мне как-то совсем расхотелось, но городового это мало волновало. Позвонив Глебу, он убедился, что тот готов меня забрать, и вытолкал из своего кабинета, велев ждать оборотня на улице.

Оксана не хотела с ним оставаться, и я ее очень хорошо понимала, но сделать ничего не могла.

Смущенно разведя руками, я неловко попыталась ее утешить:

— Зато ты в безопасности.

Ответить на это она ничего не решилась, но я прекрасно видела по ее глазам, что она очень сомневается. Все же это со мной она спасалась от звона цепей и со мной пряталась в метро. Со мной ей было спокойнее. Но с Владом ей было безопаснее, и хотелось верить, что скоро она это поймет…

Глеб подъехал минут через десять.

Взъерошенный, возмущенный, жаждавший расправы, но мужественно сдерживающий раздражение.

— Ты почему мне ничего не сказала? — глухо спросил он, стоило мне только забраться в машину, устроившись на сиденье рядом с ним.

— О чем?

— О том, почему на самом деле ты часами бродила по городу.

— Это всего ли случайное стечение обстоятельств.

— В нашей жизни не бывает случайностей! — рявкнул он. Но меня этим ему напугать было не суждено, я его волку пузо вычесывала, мне ли бояться?

— Совпадение.

— стояла на своем я. Мне, как все еще слишком человеку, было как-то стремно вслух признаваться в том, что на улицу меня гнали смутные предчувствия. Даже вредному мужику, периодически превращающемуся в собаку. Даже для этого безумного мира то, что я чувствовала, казалось странным.

— Леся…

— А что Леся? Вы от меня тоже что-то скрываете, но я же не возмущаюсь, хотя это может быть связано со мной.

Глеб тяжело вздохнул, но промолчал и только после этого завел мотор.

Заговорил он спустя пару минут, когда успокоился:

— Ты понимаешь, что могла погибнуть? Тебя бы выпили вместе с девчонкой, а назавтра мы бы и не вспомнили ни о какой Ланской Алесе Викторовне.

Вернее, Влад бы, наверное, еще какое-то время помнил. Может, сутки или чуть больше…

— Ты за меня испугался, что ли? — я, конечно, не сомневалась, что он обо мне беспокоится, но все равно было приятно получить лишнее тому подтверждение.

— Мы все испугались. Как ни странно, Влад тоже.