Хранительница. Памятью проклятые

Кто-то был очень не в духе…

А я, как создание разумное, к тому же обладающее исправно работающим инстинктом самосохранения, поспешно пристегнулась.

— От греха подальше, — пояснила спокойно, поймав удивленный взгляд горе-гонщика.

Тот усмехнулся и лишь поддал газу. Ссскотина.

— Илья Сергеевич Ратников, хозяин кофейни — нечисть шестой ступени. Силы в нем слишком мало даже для того, чтобы можно было просто определить его видовую принадлежность. Про родителей его ничего не известно, с шести лет жил в детдоме, к сожалению, узнать подробности не представляется возможным, и знаешь почему?

— Там впереди перекресток, — робко заметила я, вжимаясь в сиденье: мы приближались к самому опасному месту в этом районе, к проклятому перекрестку, на котором хоть раз в неделю, да случались аварии.

Приближались на полном ходу.

И конкретно сейчас меня совсем не напрягала его осведомленность, меня напрягала наша скорость. Потому что Владу, как городовому, ничего не стоило раздобыть интересующую его информацию, а вот я была еще крайне слабенькой хранительницей, которая точно не переживет кровавую аварию, что ждала нас впереди…

— Детдом, в котором он воспитывался, сгорел, — не обращая внимания на мои слова, Влад гнал вперед.

— Жертв не было, воспитатель и три детдомовца отделались легкими ожогами, но все крыло, в котором располагался кабинет директора детдома и архив, сгорело.

— Все сгорело, когда Илья там жил?

Дернув плечом, чем обозначил свое отношение к моему вопросу, он неохотно ответил, продолжая везти нас прямо к неминуемой трагедии.

На перекрестке загорелся красный свет.

— Нет, это случилось через два года после его выпуска.

— И в чем тогда вы его обвиняете? Мало ли какая еще нечисть могла жить в то время в детдоме. Почему именно Илья? Почему вообще вы считаете, что это была нечисть?

— Потому что нечисть его уровня не способна ставить от меня щиты. Потому что все выглядит так, будто кто-то заметал за собой следы.

— А на мой взгляд, у вас просто паранойя разыгралась…

— Это не шутки!

— Не шутки, конечно, не шутки! Давайте вы притормозите, и мы спокойно поговорим о навешенных на кофейне щитах, — предложила я нервно.

Красный свет упрямо горел, даже не думая сменяться на зеленый, перед нами собралось уже три машины, в которые мы непременно должны были врезаться в скором времени.

— Но он их как-то поставил. Раньше недоступной для меня зоной было метро, но это понятно.