Хранительница. Памятью проклятые

Веселом, незлопамятном и легкомысленном. Собственно, из-за своей легкомысленности она часто в глупые ситуации и попадала.

— Ты только Богдану об этом не говори, — на мгновение став серьезной, попросила она, — не стоит ему об этом знать.

— Можно подумать, у нас с Богданом настолько близкие отношения, чтобы я стала с ним забавными историями из жизни делиться.

— Ну и хорошо, — мгновенно успокоилась она, подхватив меня под руку и увлекая к эскалатору, — пойдем тогда. Но, вообще-то, это совсем не забавная история.

— Мыгым, — кивнула я, решив не напоминать, как два месяца назад она так же пропустила намек на злонамеренное действие. В итоге Богдану же и пришлось догонять наглого воришку, вырвавшего кошелек прямо у Кристины из рук. Не знал несчастный, что две безобидные на первый взгляд девицы, о чем-то ожесточенно спорящие у булочной, не одни, и что мрачный парень, только зашедший в теплое помещение, с нами. Зато теперь худой, быстрый Денис, на счету которого было целых восемь успешно украденных кошельков, от одной мысли о правонарушении начинал задыхаться.

— Ну что, куда пойдем? — бодро поинтересовалась она, осматривая этаж. Здесь людей было немногим меньше, чем внизу.

Идей, как культурно провести этот неожиданный выходной, я не видела, потому решила воспользоваться беспроигрышным вариантом:

— А куда ты хочешь?

— В кино! — не раздумывая не секунды, выпалила она.

Я даже не удивилась, больше кинотеатра Кристину мог бы увлечь только книжный магазин, который в этом конкретном торговом центре был совершенно не впечатляющим.

— И на что мы пойдем?

— Скажи мне, Леся, тебе что-нибудь говорит слово «Черновик»? — весело задала она вопрос. В нем чувствовался явный подвох, но я не посчитала нужным обращать на это внимание:

— Домашка, ЕГЭ, контрольные.

Я тоже умела отвечать мгновенно.

— Леся, — обиделась она, будто бы я над ней издевалась, а я не издевалась, я честно отвечала на поставленный вопрос.

— Что Леся? Ты же сама спросила.

— Ладно, будем тебя просвещать.

И потащила она меня к кинотеатру, вещая на ходу:

— Жил был на свете обычный парень Кирилл, и была его жизнь простой и скучной, пока однажды он не заметил странную вещь: его начали стирать из его собственной жизни.