Хранительница. Памятью проклятые

Дебильная вера в то, что со мной такого точно не могло случиться, постепенно выветрилась из подтормаживающего мозга.

— Простите, — одно короткое слово, за которое я успела осознать, как же мне страшно и как сильно дрожит голос.

— Молчи, — велел псих, внимательно глядя на дорогу.

— Но…

Мужик угрожающе рыкнул. Очень правдоподобно, как собака. Огромная бродячая собака, отстаивающая свой ужин. Я как-то видела, как один такой тощий троглодит чуть не откусил голову вороне, посягнувшей на его законно выпрошенный у меня же пирожок.

Тогда он точно так же рычал, предупреждая наглую птицу, прежде чем на нее броситься.

Машину дернуло влево, и нам вслед понесся матерный гудок подрезанной иномарки.

И о чем я думаю вообще?

— Послушайте, давайте, вы просто меня выпустите? Я никому ничего не расскажу. Я и лица-то вашего толком не видела. А? Ну зачем вам лишние хлопоты?

— Тихо, — коротко велел этот. Даже не велел. Приказал.

Живет у родителей кот, который всегда очень обижался, когда с ним хоть вполовину так же властно разговаривали.

Скажешь ему «Пиксель, тихо», а потом посреди ночи проснешься от того, что твою ногу пытаются отгрызть сантиметровыми клыками. Мстительный был кот, весь в хозяйку.

В ту самую хозяйку, которую увозил психованный мужик в неизвестную даль. Я затихла, жалея, что не являюсь безбашенным восьмикилограммовым котом, которому закон не писан.

Отгрызла бы этому гаду сейчас голову и все. А так даже нежданчик ему устроить не могу, трасса оживленная, поворот влево, поворот вправо — авария.

Если я ему сейчас вдарю от всего сердца, он же инстинктивно руль вывернет. И что будет? В лучшем случае его потом придется по частям собирать, в худшем — меня.

Сидела молча где-то час, мечтая лишь об одном — чтобы нас тормознули менты. Вернее, полицейские. Это они для меня в обычное время менты, как бы себя не переименовывали, а сейчас они были родненькими спасителями, которые по какой-то причине не останавливали мчащуюся на всех парах разбитую колымагу.

И трасса относительно свободные: ни тебе пробок, ни аварии, ни затора.

Предновогоднее утро, а на дороге никаких неожиданностей.

Возможно, именно поэтому я все еще не скатилась в истерику и молчала. Слишком нереальным казалось происходящее. Какой-то странный мужик увозит меня на угнанной машине в неизвестном направлении. Вернее, направление пока было известно. Мы уверенно и быстро катили в сторону аэропорта.

Навигатор молчал. Я молчала. Мужик гнал.