Хранительница. Памятью проклятые

Вероятно, они были где-то рядом, пытались найти свою жертву и, должно быть, очень обрадовались, когда она сама вырвалась им на встречу. Из надежного убежища и прямо в их лапы.

— Что делать?

Студенистая клякса быстро соскользнула с сиденья на пол, вытянулась, приобретая четкие очертания, напитываясь чернотой, обретая форму и застывая в ней.

За те несколько секунд, что я отчаянно пыталась осмыслить происходящее, существо закончило свое превращение и сделало шаг к нам, а за его спиной со стекла уже потекла новая партия холодца.

Когда я думала о проклятых, то представляла их полуистлевшими мужчинами (почему-то только мужчинами) в лохмотьях, со злым огнем в запавших глазах. Это же… на самом деле это оказалось совсем не так. Проклятые походили на людей лишь отдаленно. Высокие фигуры — достаточно высокие, чтобы своды вагона заставляли их чуть сгибаться; тонкие, непропорционально длинные руки с пятью тощими пальцами одинаковой длины, заканчивающиеся острыми загнутыми когтями. Гладкие шары вместо голов, без волос, без глаз, без носа и ушей.

— Леся, — когда Оксана оказалась у меня за спиной, я не заметила, любовалась этой перекоптившейся в солярии пародией на Слендермена, — мне страшно.

Я молчала, я была занята тем, что страстно желала как-то задержать это создание.

На тощей его шее и на худых руках болтались оборванные цепи, звенящие при каждом движении.

Звон этот забивал уши, а тлеющие символы жгли глаза, я часто смаргивала и даже попыталась отступить, но натолкнулась на Оксану, вдавила ее в стену и затихла.

Бежать нам было некуда, единственная надежда оставалась на скорую остановку. Тогда мы сможем вырваться из этой западни. Только бы дотянуть до станции…

Женщина с сумкой-тележкой, до этого сидевшая совершенно спокойно и ничего не замечавшая, порывисто поднялась, загородив проход проклятому.

Тот даже на мгновение встал, опешив от такой наглости. Женщина не двигалась, продолжая стоять на его пути. На мгновение мне подумалось, что это я заставила ее подняться, потом мимолетной тучей пронеслись сомнения, согнанные стыдливым осознанием: я ведь до сих пор так и не знала, на что именно способен хранитель. Как много у меня власти?

А потом женщина без единого звука отлетела в сторону, ударилась головой о перила и затихла.