Тринадцатое дело

Погода усиливала негативный эффект, и парень, про которого временно забыли, просто растерялся.

– Как тебе? – спросил я, подходя ближе.

– Впечатляет! – ответил он, разглядывая верхушку башни. – А мы можем это нейтрализовать?

– Меня больше волнует вопрос, можем ли мы нейтрализовать тех, кто прячется внутри, – заявила Изумрудная Зарянка.

Она сидела в УАЗе, стремительно печатая что-то на клавиатуре ноутбука. Осуществляя координацию действий нашей стаи, девушка сейчас была на прямой связи с аналитиками и учеными, перегоняя большой поток информации и пытаясь вместе с ними разработать варианты дальнейших действий.

Ситуация пока что находилась в тупике. Все прибывшие в данный момент были заняты поиском способа преодолеть неожиданную преграду. В стороне несколько агентов пытались продавить магическую стену бронированным носом УАЗа, но пока особых успехов не было.

На мое плечо неожиданно опустилась рука, и я обернулся. Передо мной стоял Голубой Селезень, и его взгляд прямо говорил, что мне в данный момент стоит кое-что проверить. Я кивнул и переключил инфоочки в режим слияния с ТОРом.

На магическом барьере проявились невидимые ранее детали. Стало заметно, что нити бьют из земли, подобно родникам, а над землей начинают пускать мелкие побеги, которые переплетаются друг с другом, образуя непроходимую преграду.

Сигнатура в моей ауре светилась ярким светом. Она дрожала, время от времени деформируясь, выгибаясь в сторону стены. Такого поведения я раньше не замечал, но в пространстве вокруг было разлито много энергии, так что я почти не удивился таким метаморфозам.

– Проверили активность с самого начала, – сказала за моей спиной Изумрудная Зарянка. – Перед тем, как это началось, на территории зафиксировали небольшой всплеск «желтого» уровня.

Я ее почти не слушал. Проснувшаяся «правильность» буквально толкала меня вперед, заставляя подойти к стене и изучить ее поближе. Как завороженный, я приблизился к входу на лестницу, ведущую вверх, и вытянул вперед руку, чтобы сигнатура в моей ауре смогла коснуться стены.

– Охренеть! – раздался позади голос Голубого Селезня.

И было, от чего.