Тринадцатое дело

Интересно, а чем он сейчас занят?

Я активировал поиск – сигнатуру мага уже внесли в наши базы – и сильно удивился, обнаружив Радвина в зале для единоборств. Решил размяться? Тем лучше! Я быстро вышел из лазарета и повернул в сторону лестницы.

Маг действительно занимался какой-то непонятной гимнастикой. Перемещаясь по татами короткими шагами, он странно раскачивался, делая руками движения, будто постоянно что-то отталкивал от себя. Напился до зеленых чертей и теперь сражается с ними? А что, очень похоже!

На низкой скамье возле стены я обнаружил Голубого Селезня, который сидел и внимательно наблюдал за странной разминкой.

Я тронул его за плечо, заставляя проснуться.

– Иди, отдохни, – предложил я. – Я за ним присмотрю.

Агент встал и с некоторым сомнением посмотрел на меня.

– Нет, я в порядке, – покачал я головой. – Просто надо проверить, в какой я форме.

Селезень пожал плечами и вышел, а я повернулся к магу, который уже заметил мое появление и теперь глядел на меня оценивающим взглядом. Я снял очки, оставил их вместе с галстуком на скамье и вышел на татами, разминая плечи. Не знаю почему, но, глядя на этого человека, я испытывал сильное раздражение. Не то, чтобы он мне не нравился, да и в лазарете я оказывался не по его вине, но весь мой негатив от постоянных стычек с магами странным образом сконцентрировался на Радвине.

– Тоже не спится? – ехидно спросил маг.

– Наотдыхался уже, – хмуро ответил я. – Вашими заботами.

– Ну, я-то тут ни при чем, – отозвался он. – Я простой наемник, и меня с ними не было четыре года назад.

– Ты ни при чем?! – возмутился я. – А кто в меня при первой встрече огненными шарами кидался? Да и вообще, я из-за вас уже дней десять голову ломаю, а в перерывах стараюсь не сломать шею.

– Во-первых, ты тогда в меня стрелял, – начал перечислять маг.

– Работа такая, – оборвал его я.

– У меня тоже, – кивнул он.

– Вот и работал бы у себя, – зло отрезал я. – Что вы вообще сюда приперлись?! Вам что тут, медом намазано?

Я чувствовал, что начинаю перегибать палку, но мне в тот момент было все равно.

– Я уже объяснял, что у наших анклавов есть свои интересы, – холодно ответил Радвин.

Судя по его голосу, он перестал ехидствовать и начал говорить серьезно.