Тринадцатое дело

Объяснения меня удостоили только сегодня днем, когда Иван появился в квартире злой и измотанный. Рассказал про вас, про битву и про планы, которые не выдерживают столкновения с реальностью даже в нашем мире. Велел связаться с изготовителем амулетов и узнать про готовность очередной партии. Потом перенес к Валентину, мы заказали пиццу, а приехали вы…

Парень замолчал и посмотрел на нас. Мы тоже молчали, осмысливая услышанное. По сути, Петр не сказал ничего нового. Кое-какие зацепки можно было найти в его речи, но ожидаемой информации практически не было.

Добавилась загадка про ограничения при создании амулетов, а также про путешествие, по поводу которого у меня сложилось двойственное ощущение. Логика подсказывала, что это был всего лишь хороший спектакль, рассчитанный на то, чтобы парень согласился пахать на «артефакторов» бесплатно. Вот только мое проснувшееся чувство буквально кричало о том, чтобы я не проходил мимо этого факта. Что в нем было такого важного для нашего расследования, я пока не понимал, но догадывался, что мы с этим явлением еще столкнемся.

– Мне только одно не ясно, – сказал вдруг Симонов. – Про путешествие, дарующее силу, они соврали или нет?

Я не знал, что ему ответить. В том, что это не выдумка, я уже почти не сомневался, но понять, где объяснениях магов заканчивается правда, не мог. В отличие от меня, Голубой Селезень всем своим видом выражал однозначное мнение по этому вопросу. Изумрудная Зарянка, похоже, тоже. Она уже набрала в легкие воздух, чтобы ответить, но тут дверь в наш офис открылась.

– Как бы неожиданно это ни прозвучало, – заявил появившийся на пороге Лиловый Журавль, – они тебе не соврали ни единым словом.

Командир оперативного крыла прошел внутрь, уселся на один из свободных стульев и обвел нас тяжелым взглядом.

– Мои подозрения подтвердились, – негромко сказал он и посмотрел на меня. – Все несколько серьезнее, чем вы могли бы подумать.

Он сделал короткую паузу и добавил:

– Я беру это дело под личный контроль.

Глава 12. Гладкость планов

На город медленно надвигались вечерние сумерки. Уже загорелись первые огни, темнота принялась медленно скрывать краски и растворять очертания домов, машин и людей. Воскресный день подходил к концу, и город готовился к всплеску ночной жизни, не прекращающейся даже в самую суровую погоду.

– То, что я сейчас расскажу, не даст ответа ни на один ваш вопрос, – сказал Лиловый Журавль.