"Октябрь" в Гардарике

Наверно стоило вздремнуть, но сна не было ни в одном глазу. Мерием смотрела на Копфа, иногда на свои татуировки, еще на экран телефона. Она молчала. Власий уже не мог сидеть в тишине. Он не привык к такому. И не знал, как заставить себя вернуться в свой кабинет. Он должен быть здесь и проследить, что все закончилось.

— Как ваш отец? — спросил Власий, когда от тишины начало мутить.

— С ним все прекрасно. Спасибо за беспокойство, господин мэр.

Власий вздохнул. Да и разве у них должны быть нормальные отношения? Вряд ли они еще раз встретятся.

По крайней мере Власий надеялся, что больше никаких историй с нежитью не будет. А по другим поводам у них нет возможности пересечься. Так что и не стоит переживать.

Время текло бесконечно медленно. Власий смотрел на часы, но цифры с большой неохотой сменяли друг друга. И тишина давила все сильнее.

— Зачем демону понадобился архив? — спросил он, а его голос прозвучал слишком громко, как ему показалось.

— Не знаю. Возможно, цеплялся за что-то из жизни. Памяти у них нет, но отголоски могли остаться, — равнодушно ответила Мерием.

— Как вообще душа стала такой? — спросил Власий, но не ждал конкретного ответа.

— Да много причин, — Мерием пожала плечами. — На самом деле до сих пор точно не ясно, кто все эти неупокоенные мертвецы: сами маги или их энергетический след, остатки магии и тонкого тела.

— А деды?

Скоро дзяды. Власий с детства не понимал, почему маги ведут себя так, словно предки действительно приходят в их дома, хотя сами их не видят.

— Наведываются, когда потусторонний мир соприкасается с реальным.

Отголоски душ или сами души. Но у них есть память и четкий облик.

На удивление Мерием вновь говорила спокойно, без язвительности и раздражения на незнание.

— Вы их видите? — спросил Власий.

— Почти всегда.

— Наверно, это грустно.

Мерием пожала плечами, словно ей было все равно. Власий подумал, что скорее всего она просто не стала бы перед ним слишком откровенничать. Он бы не смог смотреть на мертвых: на всех этих духов, души и прочую потустороннюю энергетику.

«Почему кто-то вообще соглашается стать ведьмой?» — подумал он. Непростая, неблагодарная участь.

Власий хотел продолжить разговор, раз Мерием не просила закончить, но вдруг она вскочила. Одна из надписей на ее руке засветилась.

— Демон очнулся, — сказала она. — Он сильнее, чем я думала. Быстро!

Власий не понял, что нужно делать. Он поднялся, рассеянно оглядывалась, а Мерием уже чертила вокруг него круг. Сама она оставалась снаружи.