"Октябрь" в Гардарике

И как бы она ни была уверена, что та скорее всего мертва, все равно должна остаться.

Минут через десять прибыл отряд полицейских, вооруженных маком, солью, зельями и защитными щитами. Командир велел всем расходиться, но соседи сделали это только для виду, а сами продолжали наблюдать.

Пара полицейских осталась снаружи на случай, если кто-то из игош попытается сбежать, остальные вошли внутрь.

Когда всю нежить удалось изгнать в потусторонний мир, а квартира стала безопасной, Эмер смогла осмотреть Мэлори. Та была мертва уже несколько часов.

На ее спине лежала пара веток, выдернутых из декоративной композиции.

— Кто мог это сделать? — удивился Гомбоев. — Неужели игоши?

Эмер не знала правильного ответа. Она сомневалась, что неупокоенные мертвецы способны на заботу. А эти тем более. Игоши считались одними из самых опасных, так как были детьми, погибшими почти сразу после своего рождения. Неразумные, дикие демонята без правил и границ. Их необходимо отправлять в потусторонний мир при первой же возможности.

— Она была одинока, вот и спасалась как могла, — сказал командир. — Бедная женщин. У нее не было детей и семьи. Игоши словно пытались защищать ее, вот и нападали. А мы их изгнали.

Эмер не разделяла его грусти. Он была уверена, что они нападали просто потому, что это в их природе. А Мэлори не трогали, так как она смогла их подчинить ведьмовскими способностями. «Неужели никто из соседей ничего не заметил? Или они не хотели замечать, что старушка сходит с ума, раз завела игош аки кошек?» — с досадой подумала Эмер.

— Лучше проверьте успела она передать свой дар или нет. Если он растворится в этом доме, то привлечет внимание других духов, — сказала она.

Оставаться здесь больше не имело смысла. Возможно, в глубине души Эмер было жаль Мэлори. Она бы никому не пожелала такую старость. Но наверно такова участь ведьм.

19. Петух

Цовик проснулась из-за ощущения, что кто-то на нее пристально смотрит, а также от стойкого запаха алкоголя и тихих всхлипов.

— Какого!.. — воскликнула Цовик, подскакивая.

Вот чего она не ожидала, так это черного петуха, которого держала Люба, сидя на корточках рядом с кроватью.

— Помоги мне.

— Что? — удивилась Цовик, садясь. — Откуда у тебя петух?

— Твоя сестра же шарит за все это?

Язык Любы заплетался.