Волчья сущность

– То, что твои родители полюбили друг друга, и родился ты, еще не значит, что должен быть изгоем! Ты заслуживаешь нормальную жизнь, каждый из нас заслуживает, и не важно, оборотень ты, человек и или полукровка! Не какой-то дурацкой кучке старейшин решать за нас! Это наша жизнь, и мы должны сами выбирать, как ее проживать!

Арина тяжело вздохнула и взглянула в пораженные лица присутствующих.

– Опять за старое, – пробормотал Стас.

У Модеста Леонидовича и Трифона даже не нашлось слов. Зато в дверях кухни появились мужчины близнецы.

Отличались они друг от друга лишь тем, что один зачесывал темные волосы назад, а другой набок.

– Неплохо сказано, – произнес один из них, а другой согласно кивнул.

– Интересно доживешь ли ты до следующего года с такими мыслями? – подал голос Трифон. – Ты в курсе, что в последний раз, когда кто-то говорил что-то подобное и решил побороться за свободу и равноправие, это закончилось многолетней войной и кучей смертей?

– Можешь продолжать прятать, а я лучше проживу один год, но так, чтобы мне не было за себя стыдно! – произнесла Арина и поднялась на ноги.

– Мой долг помочь тем людям. Их хотят убить лишь за то, что они пошли против дурацкой системы старейшин, они, якобы, нарушили закон, однако сами старейшины превратили людей в волков против их воли. Я не стану прятаться, я буду бороться!

– Ого! – вздохнул Трифон. – А ты отчаянная, не удивительно, что сразу мне приглянулась.

– Эй, она моя девушка, вообще-то! – вставил Стас, и он почувствовал недавнее чувство ревности, которую он испытывал в самом начале знакомства, глядя на Евфимия.

– Правда? – хмыкнул Трифон. – А ты родителей уже в курс поставил? Они разрешили тебе завести подружку? Особенно вервольфа?

Стас покраснел и сжал кулаки, а затем тоже поднялся на ноги.

– Стас, – произнес Модест Леонидович и попытался усадить парня на место, но тот вырвал руку и не по-доброму взглянул на директора.

– А мне родители все разрешают, разница в возрасте только на руку. Я смогу позаботиться о твоейдевушке.

..

Стас не дал договорить и навалился на стол, стараясь дотянуться до Трифона. Модест Леонидович с силой усадил парня обратно на место, но парень не собирался сидеть спокойно.

– Я знаю, чего вы добиваетесь, но у вас не выйдет! – грозно произнес он. – Мы все равно будем вместе, потому что любим друг друга, а вам этого не понять. Если бы понимали, то не отказались бы от сына, занимались бы его воспитанием.

Директор вначале побледнел, а потом покраснел.