Hidden side of the shadow / Тень с обратной стороны

То, что произошло потом, Ксения с трудом смогла бы описать словами: она взмыла вверх, оказавшись над сценой, изображавшей ее и Настю с Вадимом, и могла видеть ее со всех сторон сразу; силуэт парня словно размазался, расслоился, окрасившись в несколько разных цветов; картинка вдруг ожила и задвигалась задом наперед, Вадим подпрыгнул, улетая обратно в озеро, унося за собой парус кайта, потом замер, снова двинулся вперед уже в замедленной съемке, и так повторялось несколько раз, с разных ракурсов, то ближе, то дальше; пояснения Игоря звучали где-то на заднем плане; она заметила, как после падения вспыхивают красным травмированные места на теле парня; на ускоренной перемотке видела, как они с Настей везли его в больницу и как он потом ходил с рукой в гипсе, и те красные точки постепенно бледнели, исчезая, все кроме одной, которая хоть и потускнела, но оставалась красной, потом коричневой, потом черной, по мере того, как перед ее глазами с огромной скоростью мелькали дни чужой жизни, притормаживая только на известных ей моментах, и внезапно, перед прошедшими новогодними праздниками, эта точка вдруг снова налилась краснотой, но уже совершенно другой, багрово-черной, зловещей, пульсирующей, и все закончилось вечером в их самодельном казино – она увидела себя со стороны, побледневшую, с встревоженным лицом, рядом с напряженно всматривающимся в колесо рулетки Вадимом.

Ксения открыла глаза и обнаружила, что сидит, откинувшись, в кресле перед левитроном, а Игорь смотрит на нее поверх купола, внутри которого по-прежнему беззвучно парит волчок.

– И вы каждый раз через такое проходите? – спросила она, удивившись, что голос ее едва слышен.

– Без подготовки это тяжело выдержать, – ответил Игорь.

– У меня голова сейчас лопнет, – пожаловалась Ксения. – И во рту будто кошки нагадили.

Игорь усмехнулся.

– Есть одно хорошее средство, – сказал он.

К приторной сладости и чрезмерной крепости чая в этот раз добавилась нестерпимая кислость лимона, который Игорь, не слушая возражений, положил ей в стакан – в результате жидкость приобрела подозрительный бледный оттенок и неповторимый омерзительный вкус.

– Значит, это я виновата, – произнесла Ксения, – что все случилось именно так. Это я тогда решила, что нужно поставить стол именно в этом месте.