Дом Авантюрных Расследований. Книга Первая

Быть может, пришло время продырявить вашу мохнатую черепушку? Так вы наверняка станете куда спокойнее... — язвительно произнёс Хартман всё с тем же металлическим скрежетом в голосе.

Отчаянно ступив вперёд, Гато оказался достаточно близко к Галену, чтобы тёмное облако вокруг доктора наконец-то окутало и кота, отрезав мир вокруг него и оставив наедине с чудовищем в окровавленном белом халате. Они стояли примерно в паре метров друг от друга, выжидая подходящего момента для атаки. Вокруг осталась лишь темнота и тишина, за которой Гато по-прежнему ждало спасение.

Нужно лишь победить свой главный страх и навсегда отпустить прошлое, сколь бы трудным это ни показалось. Но ведь и Гато уже не тот, что прежде...

Резко подавшись вперёд, Хартман начал хаотично размахивать коротким лезвием скальпеля, стремясь нанести коту несколько смертельных порезов. Но перед ним был уже не тот робкий мальчишка, над которым он безнаказанно издевался долгие восемь месяцев.

Теперь от его медленных и неуклюжих атак с лёгкостью уворачивался возмужавший и закалённый ударами судьбы боец, пересиливший все трудности уличной жизни, постоянно рискующий собственной головой в череде опасных приключений, тренированный бывалым солдатом и готовый на всё ради благого дела, в котором обрёл своё предназначение.

И теперь ему осталось лишь закрыть последний гештальт, навсегда избавившись от былого страха.

Уклонившись от очередного выпада Галена, Гато крепко схватил его правую руку, отведя бритву от своего лица. После чего рывком согнул пойманную руку в локте, направив лезвие точно в шею доктора.

Миновала долгая пара секунд, прежде чем багряная жидкость не спеша полилась на белый халат, перемешавшись с давно засохшими пятнами крови, когда в дряблой шее садиста оказалось его же оружие.

— Прощайте, доктор. Похоже, меня наконец-то выписывают... — выдохнул Гато, когда густое тёмное облако вокруг него постепенно растворилось в воздухе, унося с собой призрачное тело Галена Хартмана.

Оказавшись в опустевшем вестибюле, бывший пациент Нотингейла испытал внезапный прилив спокойствия и умиротворения, а за решётчатыми окнами старого здания наконец-то засияли первые лучи рассвета.

Пропал пугающий скрежет лезвий, царапающих кафельные стены, миновал оглушительный грохот, предвещающий скорую погибель, утих омерзительный гул в коридорах и пугающие стоны измученных пациентов. От жути былого кошмара осталось лишь одиноко увядающее старое здание, хранящие в себе множество жутких историй.