Сдавать или не сдавать, вот в чем вопрос

А Марина так и стояла на месте, сжав кулаки, как осознала чуть позже.

"Вот, Михаил с Сергеем друг за друга горой. За меня раньше так Дима заступался, но теперь он в тюрьме. Из-за этого гадского Архипова! Который ходит здесь как ни в чем не бывало и еще поучает нас, – холодело где-то внутри груди у Марины. – А мне даже крысеныша себе нельзя оставить. Но ведь он сам пришел ко мне! Зачем он нужен этой ветеринарке, у которой, наверное, разных животин сколько угодно?! Неужели я теперь буду одна? Навсегда одна?!".

Марина молча развернулась и пошла на выход. Под недоуменные шепотки за спиной, которые она прекрасно слышала. Но она не сбавила шаг, не оглянулась, не замерла в ожидании оклика преподавателя.

Просто ушла с занятий.

***

Прогуливающая занятие Марина бездумно бродила по дорожкам парка, запертого за оградой университета. Она и сама была заперта здесь, в стороне от своей прежней жизни, от названого брата Дмитрия. Теперь она здесь была совсем одна.

Через какое-то время девушка достала выданный ей гаджет и открыла контакт того конвоира.

"Хочу увидеться с Димой" – отправила она в чат.

Ответ не заставил себя долго ждать.

"Зачем?".

Девушка возмутилась. "Как это зачем?! Затем, что он – моя семья! Мой единственный в этом мире друг". И еще Марина вдруг поняла, что раз такие как она нужны местным ведакам, то пришло ее время "составлять договор" – требовать то, что ей нужно. А не просто плыть по течению жизни. "Наверное, демоняка Маров прав, мы должны уметь показывать зубки!" – кивала сама себе девушка, нервно маршируя по дорожкам, устланным уже осыпающимся листьями.

"Он мой брат! – написала Марина в чат. – Хочу увидеться".

"Официально не брат. – Прочитав эту строчку на экране, девушка заскрипела зубами. – Пока идет следствие, по которому вы оба проходите, ваше общение возможно только на очных ставках, назначенных следователями".

Марина окончательно взбесилась.

"Хоть сидеть с Димой мы в одной тюрьме будем? Там хоть перестукиваться сможем" – Марина видела в некоторых фильмах, как арестанты обменивались записка через потайные места и вроде даже как-то стучали по стенам условными сигналами.

В ответ на ее высказывание раздался звонок. От того же контакта. В трубке без приветствия раздался густой голос:

– Точно не в одной! И тебя вряд ли посадят, может, как свидетеля проведут. Оно тебе надо, в тюрьму-то? Учись лучше, чем тебе...