Исполнитель

- Неплохо, - покивал головой полковник, - как сам Виталик?

- Хреново, - одним словом охарактеризовал я состояние сексота, - говорит, полгода ему врачи обещают. Он сам, похоже на “спринте” сидит уже давно.

- Сам виноват, - не стал изображать фальшивое сочувствие Булдаков, - по нему видно было, что он до тридцати не доживёт, я, честно говоря, думал он раньше загнётся. Но хоть какую-то нам и обществу пользу принесёт и то неплохо.

- Только у него условие есть, - я обсказал шефу его хитрый план с уводом пары бутылок галюциногенного питья после закупки.

Полковник, пожевал губами, искоса на меня посмотрел, затем спросил:

- А ты сам как на это смотришь?

- Не очень, - честно ответил я, - всё изъятое надо при понятых протоколировать, это вещдоки, продавец потом укажет, сколько он продал, а если у нас не сойдётся, могут начать служебную проверку.

- А ты, когда допрос вести будешь, - посоветовал мне Булдаков, - вопросы задавай так, чтобы он подтвердил факт продажи и сумму за которую продал, а про количество не упоминай.

- То есть, мы, всё-таки, пойдём на условия этого Виталика?

Полковник вздохнул, откинулся в кресле, разглядывая меня, затем произнёс:

- Я всё забываю, что ты в оперской работе недавно. Хватка у тебя матёрого опера, но вот практического опыта маловато, тебе бы в милиции лет пяток послужить, спокойно базы набраться, а не как мы тут, как на пожаре, бегаем не зная за что первым хвататься.

Он повернулся в кресле, глядя в окно, - задумчиво сказал:

- Понимаешь, Андрей, иногда бывают ситуации, когда мы вынуждены балансировать на грани законности, чтобы хорошо делать свою работу.

Вот скажи честно, кто опаснее для общества, этот Виталик, тихий наркоман, которому и так недолго осталось, или человек, вернее игрок, который таким вот Виталикам толкает этот самый “спринт”?

Я прекрасно понимал, к чему он клонит, и дико не хотелось принимать его правила игры, но если подходить к вопросу отстранённо, то ответ был только один:

- Игрок опаснее.

- Верно, - качнул головой полковник, - и чем быстрее мы его возьмём, тем меньшему количеству людей он продаст своё пойло.

Да, мы можем Виталика послать, отработать этого урода, вычислить его, и подвести своего закупщика, но это недели, если не месяцы, как думаешь, скольких он ещё потравит, за это время?

Как мне не хотелось это признавать, правда в словах полковника была. Пресловутый принцип меньшего зла. Одного я только боялся, - куда эта дорога, в конечном итоге, может нас завести.