Одной крови

От дождевой воды, заливающейся в глаза, я не могла разглядеть его лица. Вампир рассыпал вокруг горсть земли, которую держал зажатой в кулаке и что-то проговорил себе под нос. Потом вытащил из кармана куртки сложенный в четверо белый листок бумаги, и поджег его от ближайшей свечи. Я видела, как негаснущее пламя поглощает бумагу, и гадала, что же там написано.

Когда огонек догорел в руках высокого вампира остался лишь черный пепел. Он растер его между пальцев, смешивая с дождевой водой, и что-то начертил у меня на лбу.

Затем достал откуда-то из-за пояса длинный изогнутый клинок с красным лезвием. Я затаила дыхание в ожидании боли, но Марка прервал резкий голос Нейта.

– У меня же для тебя подарочек.

Пришлось скосить глаза, пытаясь увидеть темноволосого. Но дождь мешал.

– Крис? – воскликнула я, не веря своим глазам. И сразу попыталась вскочить, но ничего не получилось. Руки и ноги не двигались, хотя я не была связана.

– Да, это один из этапов ритуала. Когда пепел касается твоей кожи, то обратного пути нет.

Ты можешь только наблюдать за тем, как приходит расплата.

– За что? – выдохнула я.

– За то, что нарушила условия моей игры. Ты пыталась переиграть меня, а ведь я предупреждал, что так делать не следует. И говорил, что пострадают близкие тебе люди. Но ты не послушалась, и пыталась убить меня. Дважды.

– Не надо!

– Надо, Эвелин. За всё в этой жизни приходиться платить.

Будто во сне, я видела, как взгляд Нейта приобретает звериные хищные черты. Глаза алеют, а когти, сжимающие горло Криса, удлиняются.

Мгновение, единственный росчерк правой руки вампира – и кровь моего любимого капает на землю. На его шее четыре огромных пореза, не совместимых с жизнью.

Марк дернулся, но поздно. Тело Кристиана упало на землю, а жизнь ушла из взгляда голубых глаз. Я кричала, звала его, умоляла не умирать, но в глубине души понимала, что всё тщетно. Нейтан поставил точку в нашем неравном противостоянии.

Боль была такой сильной, что я даже не заметила, как блеснуло красное лезвие в руках Марка.

Конечно, ритуал нужно завершать. Драгоценное время утекает. А теперь и моя жизнь вместе с кровью.

Я ничего не чувствовала, лишь слышала собственный крик в голове. А вокруг воцарилась тишина. Именно так звучит ночь, пронизываемая всполохами силы, и окутанная запахом крови. Моё сознание угасало, сливаясь с камнем, с деревом, с тишиной. Лишь голубые огоньки глаз я видела перед собой. Но и они померкли, остались лишь тени.