Принцесса где-то там

-Признаю свою неправоту, - сказал он. - Это действительно был муж.

-А ты сейчас о чем?

-О вчерашних пятнадцати ножевых, - сказал он. - Фармацевт и муж, которого пристроил Джон. Ну же, Боб, соображай.

-Прости, голова была другим занята, - сказала я. - Что по поводу отчета?

-Уже у тебя на столе.

-Спасибо. Ты лучший, Алан.

-Я знаю, - сказал он. - И что вы будете делать, когда я плюну на все и уйду на вольные хлеба?

-Страдать.

-То есть, что и обычно, - вздохнул он и поплёлся в свою лабораторию.

Так я и завернула в наш с Кларком закуток.

Поскольку предполагалось, что для меня сегодняшний рабочий день уже закончен, не испытывающий склонности к кабинетной работе Кларк отправился патрулировать улицы, снимать с деревьев котят, ломать ноги сутенерам или чем он там еще занимается, когда я не вижу. Рабочее пространство оказалось полностью в моем распоряжении, отчет Алана действительно лежал на столе, и я решила закрыть это дело, а потом уже идти домой.

Это не должно было занять много времени, но что-то пошло не так. Сначала компьютер завис, и я долбила по кнопке питания, пока он не ушел в ребут, а я не ушла за кофе. Потом я вернулась, дождалась открытия нужных программ, и, попивая горячий напиток, превалирующим вкусом в котором был вкус картона от стаканчика, вбила нужные строчки в нужные формы, отправляя дело в архив, и нельзя сказать, что это занятие меня сильно увлекло, но, по крайней мере, оно помогало мне не думать о том, о чем я сейчас думать никак не хотела, и я решила продолжить, благо, дел для отправки в архив накопилось уже изрядное количество…

В половине десятого на меня случайно наткнулся дежурный детектив Уотсон (не родственник) и отправил меня домой.

Поздним вечером в нашем районе свободное парковочное место уже не найти, но я давно решила для себя эту проблему, арендовав несколько квадратных метров в подземном паркинге через дорогу.

Я увидела его сразу, как только поднялась на улицу. Он сидел на ступеньках перед моим подъездом, курил сигарету и смотрел вдоль улицы.

За прошедшие годы он ничуть не изменился. Такой же молодой, такой же спортивный и подтянутый, все-такой же слегка небритый, и в его щетине даже не добавилось седины.