Чехонь

Песок здесь нанесло,* и рыба хотя и видела препятствие, но продолжала толпиться, даже не пытаясь обойти.

Неспешно помахивая хвостом, чехонь смотрел на карасей и плотву. Они видели, но не понимали. Круглые и почти не мигающие, глаза их смотрели холодно и безучастно.

* Песчаная коса — невысокий песок, длинным клином вдающийся в русло.

Они как будто плыли, двигая хвостами.

Они, эти рыбы ничего не понимали.

ДВАДЦАТЬ — ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ

Несколько сильфов за специальные кольца тянули выкрашенную в чёрный лодку.

Это всё неважно.

Идя по мелководью, где теченье куда быстрее, войдя в поток, чехонь уже не замечал, что происходит.

Он начал отличать чистый* и нечистый** яр.

* Чистый яр — без отмелей, карчей и т. п.

** Нечистый яр — любой другой.

Лишь крайне недальновидный сильф желает увидеть всё сеченье*, а Август смотрел куда как дальше. Шире.

«Это невозможно. Тебя унесёт и всё измениться куда как раньше, чем от одного края ты доберёшься до другого.

Если вообще сможешь добраться».

* Живое сечение — поперечное сеченье русла.

Течение и глубина — место великанов.

А, не имея сил, ты просто потеряешься и пропадёшь там.

«Знай свой предел, — так решил для себя чехонь. — Куда как лучше по поверхности идти, но точно знать, что видишь».

ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ — ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ

С десяток сазанов кружили на глубине. Словно бы ища что-то невидимое. Исчезая и вновь появляясь в мутной зелени.

Русло расширилось неимоверно, так что даже на мелководье, где лишь водоросли, как живые, извивались вслед теченью, несложно было затеряться.

Возможно, он и не достигнет солёной воды, но разлив мог случиться в любой момент. Глупо ожидать, что уровень будет тем же, сколько ни плыви. Всё меняется, и однажды, хотят того они или нет, но все эти поля, все сараи и маслобойни, всё скроет разлившаяся река.

Да, ненадолго, но разве мне этого будет мало?

Вполне достаточно этого чехоню.

***

Наносы стали больше, и течение ускорилось.

Уже не успевая смотреть по сторонам, видя лишь то, что перед ним, Август не успевал ни поговорить, ни заметить перемены пейзажа.

Он двигался к мечте. МЫСЛИЛ.

А всё прочее неважно.

Лишь изредка на глаза чехоню попадались другие сильфы. Всё больше молодь, что кружила вокруг брёвен.

«…»

На мелководье сильфы больше наблюдали. Больше мыслили и вяло щипали редкую, плохо растущие на этих светлых, но неплодородных берегах «зелёнку».