Чай для призрака

Рядом со столиком, скрытая простеньким заклятьем, находилась дверь наверх. Матушка Шанэ улыбнулась огоньку, открыла дверцу и неспешно поднялась на второй этаж. В большинстве его комнат, некогда жилых, хранились тюки с чайными травами и продукты сухого хранения вроде специй, сахара и круп. И лишь две смежные комнатки, как раз над залом-прихожей, занимали спальня и кухня матушки.

День был спокойным и неторопливым, матушка Шанэ ничуть не устала, поэтому, переодевшись в домашнее платье, она с удовольствием провозилась на кухне с кашей на завтрак и овощным супом на обед.

За это матушка особенно любила осень – под свист холодного ветра и шорох дождя дома казалось теплее и светлее. А ненужный летом плед, пылающий очаг, плотные шторы и горячий чай без заклятий творили волшебство домашнего уюта. И наполнялись чудесной силой в первые же дни осени.

Закончив с готовкой и перемыв посуду, матушка Шанэ с большой чашкой дымящегося чая удалилась в спальню.

– Вечерочка, милый, – она улыбнулась и поставила чашку на столик у кресла. – Пустишь к огоньку?

Кот зевнул, потянулся и лениво спрыгнул с кресла, уступая место. Матушка Шанэ закуталась в плед, устроилась в кресле и похлопала себя по коленям. Кот тотчас вспрыгнул ей на руки и довольно заурчал. Тощий, он приблудился совсем недавно, почуяв осень и скорую голодную зиму, и ему сразу же нашлось тёплое местечко.

Чайный дымок пах смородиной. Матушка Шанэ пила его мелкими глотками и улыбалась. Сегодня опять заходили местные колдуны. Они каждый день заглядывают якобы на чай, а на самом деле вот уже тридцать лет (сколько матушка и держит чайную) мечтают узнать секреты знаменитого на всё Семиречье волшебного питья. Конечно, ворчали северные колдуны, это всё таинственные южные травы с матушкиной родины.

Она всегда и всем заваривала одни и те же травы, но чай всегда и у всех получался разным. Кто-то уверял, что пьёт липовый чай, а кто-то – успокоительный луговой сбор с мёдом. Кто-то чувствовал вкус сливочной земляники, кто-то – корицы, смородины или малины, а кому-то и вовсе мерещилась капля крепкой вишнёвой настойки.

Матушка же на все расспросы лишь улыбалась и качала головой.