Ведьмы Джексонвиля

Сестричек ненавидели за их  пренебрежение к менее удачливым обитателям приюта, но на самом деле  просто завидовали им, получившим билет в лучшую жизнь.

Скрыться от  внимания сестричек не удаётся. Одна из них, София, замечает наспех  залатанное платье, прыскает смехом и начинает что-то тараторить  подругам, тыча пальцем в сторону Юки. Смех распространяется по столовой  со скоростью лесного пожара. Юки, готовая провалиться сквозь землю,  стискивает тонкими пальцами поднос и прибавляет шагу, едва удерживаясь,  чтобы не сорваться на бег.

 -  Юная леди, куда это вы так спешите? – окликают её сзади. Голос старшей  воспитательницы звучит, словно удар бича. Юки останавливается как  вкопанная.

 - П-позавтракать, миссис Хэлоран...

 - Вас разве не учили разговаривать со старшими лицом к лицу?

Девочка  глотает подступивший к горлу комок и медленно поворачивается. Стальной  характер, выточенные, словно из гранита, скулы и ледяной голос миссис  Хэлоран вселяли ужас во всех обитателей приюта Святого Иосифа, от мала  до велика.

Несмотря на то что старшая воспитательница была ниже многих  своих подопечных, она обладала уникальной способностью смотреть на всех  сверху вниз, даже исподлобья. 

 - Опустите поднос, юная леди. Что вы под ним прячете? 

Последняя  надежда отделаться лёгкими неприятностями тает, как дым. Девочка покорно  опускает руки. Воспитательница в ярости орёт на неё:

 - Какой позор! Что ты сделала со своим платьем? Как ты посмела появиться здесь в таком виде?

 - Я п-проснулась, а оно уже было таким, и… и…

 - Вздор! И слушать не хочу! Налогоплательщики тратят деньги, а ты рвешь казённую одежду? Неблагодарная девица!

На жёлтую  запеканку падает слеза.

Юки изо всех сил сдерживается, чтобы не  зареветь. За свою недолгую жизнь в приюте Святого Иосифа она терпела и  побои, и издевательства, но ещё ни разу её не унижали прилюдно. По горлу  начинает расползаться отвратительная горечь.  

 -  Вы поплатитесь за свою… неопрятность, юная леди, – голос миссис Хэлоран  снова стал ледяным, как ноябрьский ветер. – Садитесь в центре зала, на особое место. Пусть все дети видят, с кем им приходится жить. А после завтрака я жду вас в моём кабинете, чтобы вы как следует закрепили этот урок.

Юки  бледнеет. Она с отчаянием озирается по сторонам, но нигде не находит  поддержки.