Испытательный срок

– Следовательно, всякие побасенки про какие-то особо могучие сорта магии – сказки. Я так думаю, всякими кудесниками звали просто очень крутых магов, а потом перестали, потому что появились категории.

– Ну, фиг знает, – неуверенно протянул Мишка. – Надо научников спрашивать.

– А я и так знаю, что они тебе скажут, – Ксюша, сердито звеня ложечкой, плюхнулась в кресло и закинула ногу на ногу. – Что магия со временем вырождается. Отсюда и сказки про великих чародеев прошлого.

– Тогда почему бы не допустить…

– Потому что не надо строить необоснованных гипотез, – Тимофеева поджала губы.

– Одно дело знать, что средний потенциал с годами снижается, а другое – верить во что-то невообразимое… Ну как ты будешь нежитью повелевать, если с ней рядом рот-то открыть страшно?

– Ярик, а ты же говорил что-то такое, – вдруг оживился Мишка. – Помнишь? Про тех туманниц…

– Я говорил ровно про то, что сейчас озвучил, – слегка раздражённо отозвался Зарецкий. – Либо сделки, либо угрозы.

– Интересно мне, что такого можно предложить туманницам, – скептически хмыкнула Ксюша.

– Или чем напугать, – подхватил Макс. – Ну, кроме Костиковой рожи, но она на этой неделе вне подозрений.

– Викентьевскими оправдательными писульками, – хохотнул Старов и тут же посерьёзнел. – А правда, Слав, чего может настолько бояться нежить?

– Небытия, – просто ответил Зарецкий. – Следовательно, всего, что может таковое гарантированно обеспечить.

– Тогда можно взять огнемёт и стать повелителем нежити, – заметил Макс. Он присел на пустой угол Андрюхиного стола и глотнул пахнущего мятой чая.

– Ксюш, делись печеньем.

– Сам возьми, – отмахнулась Оксанка. – А с огнемётом не выйдет. Нормальная нежить тебя зачарует и удерёт быстрее, чем ты в неё прицелишься. И пакость какую-нибудь сделает на прощание. Вот с наших туманниц можно было попробовать что-то стребовать, особенно если они там давно мариновались…

– А что с них требовать? – поднял брови Макс. – Они же состоят из тумана и злости.

– Блин, а это дельная мысль, – вдруг сказал Ярик.

Он окончательно отвлёкся от бумаг и принялся нервно крутить в пальцах карандаш, которым делал пометки. – Допустим, в ловушку их заманили обманом, а потом оставили дозревать до полного озверения. Только всё равно непонятно, зачем…

– Если бы кое-кто оставил хоть одну в… неживых, – укоризненно произнёс Мишка. – Привезли бы в подвал, расспросили бы…

– Я бы на это посмотрел, – Зарецкий зло усмехнулся. – А если серьёзно – Миш, даже не пробуй.