Испытательный срок

Скажи Ярославу, пусть зайдёт.

Костик точно расстроится. Сегодня явно не его день. Впрочем, обласканный начальственным вниманием Зарецкий тоже не слишком доволен жизнью – к ведьме не ходи, из-за спутавшихся в клубок своих и чужих дел. Вот махнуть бы этих двоих местами – и было бы идеально, но шутница-судьба частенько раздаёт подарки мимо цели. Макс запил эту мысль остывшим чаем и пробежался по скопившимся сообщениям. Машка слово сдержала – в почте образовался небольшой склад сочинений бедняги Мезенцева.

– Максик, чего скис? – скучающим тоном поинтересовалась Ксюша. Слишком равнодушно, чтобы не понять: Тимофеева злится, и всерьёз.

– Хрень какая-то происходит, и ничего не понятно, – Макс облёк в слова настроение, витавшее в отделе последние пару недель.

– Ты про какую именно хрень? – вздохнул Мишка. – Я уже со счёта сбился, сколько тупиковых дел накопилось…

– Кость, ты ж у нас мозг, – протянула Ксюша, любуясь разукрашенными, как пасхальные яйца, ногтями. – Скажи что-нибудь умное. Что происходит?

Чернов недовольно поднял голову. «Он не в духе», – быстро напечатал Макс и тут же получил ответ: «Я знаю». Ксюша тонко улыбалась.

– Оксана, мне нечего сказать на тему, от которой коллеги меня старательно ограждают, – язвительно заметил Костя.

– Кто посмел? – ахнула Тимофеева. – Ты, может, курить выходил, когда нам Макс про моровуху рассказывал? Все пять раз…

– Неправда, не пять, – буркнул Макс.

– Ну восемь, – картинно отмахнулась Ксюша. – Кость, сколько надо жертв, чтобы накормить моровуху?

– Поищи в интернете, – зло буркнул Чернов. – Или в книгах, если знаешь, что это такое.

– Знаю, Костик, – промурлыкала Тимофеева.

Чернов запунцовел высоким лбом и бросился в атаку, но Макс перестал вслушиваться. Совет-то Костик дал дельный, хоть и не в ту сторону. Всерьёз искать в интернете про нежить действительно бесполезно, а вот активно публиковавшийся профессор наверняка оставил в цифровой памяти человечества сколько-нибудь значимый след.