Испытательный срок

– В ясновидящие записался? – хохотнул Старов.

– Нет, – серьёзно сказал Ярик. – Мне нужно… больше уверенности. И вот ещё что, Александр Михайлович, – он не глядя цапнул со стола подвернувшийся карандаш и ловко крутанул в пальцах, – я бы съездил на пару недель непосредственно к объекту. Не сейчас, ближе к июлю.

– Ясень двадцать первый? – таинственно уточнил шеф.

– Нет, Вяз шестьдесят третий. Так будет результативнее.

– Если напишешь обоснование, – ожидаемо отбрил Верховский. – Ещё есть дельные мысли у кого-нибудь? Максим?

Некрасов встрепенулся, поспешно соображая, чего бы сказать умного.

– Ну, я не сильно в теме, – честно сказал Макс. – Если вы мне расскажете, что там с нежитью, о каком следствии речь и при чём тут смертные приговоры, может, придумаю что-нибудь.

– Учись действовать в условиях неполной информации, – хмыкнул начальник. – Что ты намерен делать в ближайшее время?

– Копаться в досье, искать связи «Восхода» с одарёнными, – отрапортовал Некрасов.

– Завтра метро, – напомнил Зарецкий.

Макс едва сдержался, чтобы не выругаться вслух. Нет бы смекнуть, что субботы у него теперь заняты на постоянной основе! А теперь всё, придётся после сектантов лезть в тоннели, иначе житья ему тут не будет.

– Воспитываешь молодняк? – шеф довольно ухмыльнулся. – Это полезно. Может, и Андрея с собой возьмёте?

– Андрей только что получил интенсив, – хмыкнул Ярик.

Костя насупился, но ничего не сказал. Что ни говори, а Чернов опытен и мудр: проще пропустить издёвку мимо ушей, чем давать поводы и дальше оттачивать на себе остроумие. Шеф, удовлетворённый общением с подчинёнными, удалился в логово; поводов оттягивать низвержение в подвальные лабиринты не осталось, и Макс, собрав все нужные распечатки, побрёл заниматься делом.

Из лифта ему навстречу выскочила чуть запыхавшаяся Ира. Макс, радуясь удаче, отозвал её в сторонку, чтобы не мешать тащившим что-то громоздкое научникам.

– Слушай, всё хотел спросить, – начал Макс и подумал, что после такого вступления следует интересоваться планами на выходные, а не ерундой по работе. – То варево, которым ты меня в чувство привела, оно как называется?

– Э-э-э… По реестру противоядие широкого спектра, номер четвёртый, – Ира честно наморщила лоб, а потом виновато улыбнулась: – Бабушка зовёт просто ядогонкой.