эльфы в новогоднюю ночь

Он держал в своих руках скипетр, который должен был предварительно вручить королю для его освещения в храме всех богов и понимал, что вместе со своим шефом – дворцовым шефом твердо делал свою карьеру.

Игоря в общих рядах не было. Одетый в роскошный наряд мага, он стоял перед верхушками обоих обществ и «беседовал» с богами. Так называли это местные жители. Игорь не возражал, хотя, по его мнению, это было несколько другое. Пусть. Как говорил отец, пусть хоть чугунком называют, лишь бы в печь не ставили.

А уж ставить в печь они не решаться.

После первого же испытания Храбрый прилюдно объявил завершение официального экзамена дворцового мага:

- Существо из человеческого мира обладает огромной магической мощности и, если боги соизволят, начнут с ним говорить. Дальнейшие испытания не только не нужны, но и опасны.

Дабы иные по глупости не решись, глядя на юное лицо и субтильное телосложение, шевалье объявил, что его репутация дворянина и мага могут быть ответственными за эти слова.

После этого недовольные замолчали.

Храбрый уже десятки лет служил магом-церемониймейстером и имел репутацию жесткого воина.

На следующий день, на пути в храм это понял Игорь. Хотя, лучше бы он ничего не понимал. Делать он все равно ничего не мог, а так бы не мучился.

Тогда Игорь шел к храму всех богов, как в железом скованный, - никуда не мог сдвинуться. П сообщению жрецов, он должен пообщаться с богами, а дальше пусть тресни поперек туловища. Никто не мог отвернуть, даже Снежок.

Впрочем, никто его не пинал, не угрожал тюрьмой и вообще, к нему обращались, как высокопоставленному сиамскому аристократу.

Что не отрицало в случае провала все-таки попасть в заключение.

В храме было «немного» - полсотня котов, все как один сильные маги, и один человек.

Встреча предстояла совсем узкая. Жрецы Большого Кота полагали, что их бог, недовольный посторонними, просто разорвет Игоря. Но мало ли чего они полагали! Они не Боги, они просто их слуги.

Старший жрец около часа пробуждал Верховного Бога, моля за своих котов.

Стало скучно. Игорь едва челюсть не сломал, зевая. Но потом Большой Кот, которому, похоже, тоже надоели нудные речи старшего жреца, проявил активность. Особенно с его гнусовым голосом (не дали, что ли, говорить обращаться к богу молодому жрецу с приятным тембром?).

Где-то в сером верхе храма, уходящем в черном, послышался громоподобный голос, чем-то только напоминающим голос сиамца.

Игорь в этом голосе ничего не разобрал, но жрецам этого было достаточно.